Двое парней снисходительно усмехнулись, а девушка, которая, судя по всему, была младше, хихикнула.
– Тоже скучно стало? – вкрадчиво осведомилась она, затягивая меня в их круг и одновременно меняясь местами с… лешими?
В бытностью мою, когда на лето ссылали на общественно полезные огородные работы, в деревенских поверьях фигурировали именно лешаки и водяные. А кикиморы – это только дамы. Ведь гордо звучит: я – кикимора! Это вам не русалка приблудная, это жена законная водного князя.
– Ага, – протянула я.
Поникли плечи, и улыбка слезла, и стало тускло и темно, но в этом круге всем давно известно, как нужно действовать срамно.
Лукаво усмехаясь, девушка кивнула себе за спину и прижала палец к губам, призывая молчать. Лесовики-подболотники понятливо улыбались. Они знали, что случится. Минута, другая… Наша троица начала волноваться, недоумевая, почему ничего не происходит, но удача была на их стороне.
Первой заметила неладное достопочтенная малахольная. Завизжав, она попыталась стянуть с волос дурно запахший цветок. То же самое происходило и с другими мечеными. По залу начало распространяться амбре. Болотники дали друг другу пять. И чем им так дриада досадила? Впрочем, припомнив, как она на меня смотрела… Да уж, обидела она болотную расу.
– Мы их покормили, – пояснил стоявший напротив парень. – Селедкой. У русалок одолжили.
– Тс-с-с, – шикнула девушка и указала в другую сторону.
Там один из цветочков вырвало. По мрамору покатилась недопереваренная голова селедки.
– Так вот кто украл Беатрис! – взвыла до того мирно катавшаяся в бадье русалка, выныривая из-под водной глади.
– А она вам чем не угодила? – хмуро поинтересовалась я, затыкая уши.
Болотники сделали точно так же, еще и, присев, начали бочком пятиться к выходу. Учитывая, что так поступали все, подобное поведение подозрительным не казалось.
Выбравшись на воздух и вдохнув полной грудью, я с осуждением уставилась на троицу. И не одна я.
Но если мое осуждение было мирным, то вывалившаяся вслед за нами Коха сцапала парней за уши и отволокла за угол.
– А где изящество постановки? Вы что себе удумали! Позорище сплошное!
– Это не мы-ы-ы, – заныли парни.
Старшая кикимора покачала головой.
– Вы! Еще и детей всякому непотребству учите! Кто Мирту научил за старшими подглядывать? Нет чтобы химию изучала! Всяко полезнее было бы.
– Мы не специально! – сменили пластинку обвиняемые.
Показательно было то, что девушке-кикиморе не доставалось. Впрочем, она с таким негодованием смотрела на подельников, как будто сама была чиста аки первый снег.
– Отчет в письменном виде. С детальной проработкой, как правильно вы должны были поступить! – возмутилась Коха и тихо добавила: – Вита, дорогая, чуть больше искренности, тебя глаза выдают.