Шрам поддерживал скорость в пределах допустимых правил — 160 км/ч, но сегодня чувствовал себя почти как профессиональный гонщик. Черный «джип-чероки» с тонированными стеклами мчался быстро от Финского залива к Васильевскому острову. Это была не просто поездка — это задуманное путешествие, спрятавшееся под видом простого волеизъявления скорости....
Один из бугаев сказал тихо:
– Закрыто на спецобслуживание. Двигай, подполковник, к метро – там тебе и пиво будет, и сосиска в булке, и журнал «Советская милиция» в придачу.
Беспалый никак не ожидал такого поворота событий. Даже смешно: ему здесь назначена встреча с всесильным человеком из ФСБ, а она может сорваться из-за какой-то шантрапы. Беспалый соображал, как же ему поступить. Остаться снаружи – глупо. Вступить с парнями в пререкания – бесполезно: эти трое его завалят в момент. Он беспомощно оглянулся по сторонам в надежде увидеть Николая Ивановича.
"В этот момент из-за спины бугаев показался щеголевато одетый мужчина лет тридцати с небольшим. На нем был импортный темно-серый костюм и ярко-желтый галстук в красный горох. Он мельком взглянул на подполковника и тихо бросил:
– Это ко мне, все в порядке.
«Быки» тотчас расступились, освобождая Беспалому путь. Тот в совершеннейшем недоумении шагнул вперед, к мужчине в галстуке.
– Александр Тимофеевич? – улыбнулся мужчина.
– Николай Иванович? – недоуменно протянул Беспалый.
– Проходите, Александр Тимофеевич! – Коля увлек гостя внутрь. Внутри кафе «Парус» представляло собой полутемное помещение с пустующими низкими столиками. У дальней стены тянулась массивная стойка бара, ярко освещенная потолочными лампами. Играла тихая музыка. Коля отвел Беспалого в угол и пригласил сесть в кожаное кресло.
Беспалый уже устал удивляться.
– Граница между правоохранной работой и преступностью у нас всегда была как бы размыта – преступники на поверку оказывались вовсе не преступниками, а внедренными сотрудниками органов.
После этой фразы Коля сделал паузу. Он явно ждал реакции Беспалого. Александр Тимофеевич похолодел – Коля безусловно знал о тайне его отца, Тимофея Беспалого, бывшего участника шайки Муллы и отсидевшего за это срок в далеких тридцатых.
