Дейзи Девро забыла имя своего жениха Теодоусия. В ужасном мгновении контракта она лишь кусала губу из отчаяния. После брачного соглашения, мужчина исчез, и Дейзи не видела его до сегодняшнего дня, когда вернулась домой. Атмосфера книги неперенесима: страсть, тайны и невозвратные моменты....
— Если я правильно понял, то в будущем ты обязуешься отдать мне половину фонда, который твой отец обязался основать для тебя. Так?
— Я не собираюсь отдавать вам половину положенных мне денег.
Алекс отрывисто рассмеялся.
— С таким решением я категорически не согласен.
— Нет-нет, вы не правильно меня поняли. Я верну вам деньги, как только смогу распоряжаться своим фондом. Сейчас я прошу об одолжении.
— Я отказываюсь дать тебе в долг.
Дейзи поняла, что из разговора ничего не вышло, и, наверное, по ее вине.
Например, если бы она сейчас оказалась на месте Александра Маркова, то, несомненно, одолжила бы Дейзи Девро половину полученной от отца суммы, лишь бы только избавиться от этой девицы.
Ей страшно захотелось курить.
— Отдайте мне, пожалуйста, сигареты, Я уверена, что испорченная была только одна.
Марков вынул из кармана помятую пачку и передал ее Дейзи. Она прикурила и, закрыв глаза, с наслаждением затянулась.
Услышав тихое шипение, Дейзи приоткрыла глаза, и в этот момент сигарета взорвалась пламенем, как и предыдущая. Девушка вскрикнула и непроизвольно выронила сигарету на пол машины. И снова Алекс терпеливо затушил носовым платком разлетевшиеся по салону искры.
— Может быть, стоит обратиться в суд, — мягко продолжил Алекс начатый разговор.
Прижав руки к горлу, Дейаи подавленно молчала — говорить она была не в силах.
Марков протянул руку и коснулся груди девушки — она подскочила от неожиданности И отпрянула, почувствовав сильную мужскую руку.
— Искра, — произнес Алекс.
Дейзи прикрыла грудь руками и, ощутив, как сильно бьется сердце, подумала: когда ее груди в последний раз касались мужские руки? Два года назад, вспомнила она, во время визита к врачу.
.Лимузин приближался к аэропорту, и Дейзи, собравшись с духом, предприняла последнюю попытку.
— Мистер Марков, но должны же вы наконец понять, что мы не сможем жить с вами, как муж и жена, — ведь мы совершенно чужие люди. Это же просто смешно, и я настаиваю, чтобы вы проявили большую уступчивость.
— Настаиваешь? — коротко осведомился Алекс. — Мне кажется, ты не имеешь права настаивать на чем бы то ни было.
Дейзи гордо выпрямилась.
— Я не хочу подвергаться насилию, мистер Марков.
