"
"— И что теперь с ней будет? — пробормотала я, чувствуя, как совесть разрывает сердце на части.
«Это из-за меня… я ей сказала… и вот…»
— Пока никто ничего толком сказать не может. Но надеемся на лучшее.
— Я поняла.
— Вот, теперь точно убежала. Спокойной ночи, Агнелика.
— И тебе спокойной.
Послонявшись без дела около часа — даже рисовать не хотелось от волнения, — я перестелила постель и легла спать.
Завтра предстоял сложный день.
Но несомненный плюс все-таки был. Теперь Витторн на моей стороне.
Глава 18
Спала я хорошо.
Кошмары не приходили, сны-воспоминания не беспокоили.
Обняв подушку, которая пахла морозной свежестью, я провалилась в сладкую темноту, которая приняла меня в свои объятья, давая такой необходимый покой.
А разбудил меня громкий стук в дверь.
Как же мне не хотелось вставать.
Повернувшись на другой бок, я положила подушку на голову и протестующе застонала.
«Спать! Спать! Спать!»
Снова стук, а следом голос:
— Агнелика, открой дверь.
«Витторн!»
Сон как рукой сняло.
Отбросив в сторону одеяло с подушкой, я поспешила на стук, едва не упала по пути, споткнувшись об угол ковра, и рывком открыла дверь.
— Ты вернулся!
Мужчина встретил меня с улыбкой. Вот только эта улыбка, стоило меня увидеть, отчего-то быстро сползла с лица, которое словно окаменело. Лишь серо-голубые глаза стали медленно наполняться золотом.
— Кхм, — странно прохрипел он, сделав шаг вперед.
Я тут же попятилась, растерянно хлопая ресницами и пытаясь понять, что случилось.
С чего вдруг такое угрюмое настроение? Я же все ему рассказала, ничего не утаила, а такое ощущение, что ему… неприятно?
— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила у него, наблюдая, как фокр медленно закрыл дверь и повернулся ко мне с тем же каменным выражением на лице.
— Да… нет… — прочистив горло, выдал мужчина, смотря куда-то поверх моей головы.
— Так да или нет?
— Агния… кхм… ты не могла бы… — Витторн сделал странное движение рукой. — Прикрыться…
И только тогда до меня дошло, что я не совсем одета. А еще лохмата, примята и даже помята после сна.
Но все равно смущение фокра мне было не совсем понятно. Я же его не в прозрачном пеньюаре встретила с прозрачным кружевом на груди и вырезом по самый разрез.
Сорочка на мне была более чем пуританская. Из плотного молочного хлопка, длиной чуть ниже колен. С длинными рукавами, украшенными рюшами и высоким воротником, который плотно застегивался на три пуговицы.
Тут, даже если очень захотеть, сложно что-то рассмотреть. В моей прежней жизни на Земле у меня были даже более откровенные наряды: топы на тонких бретелях, узкие штаны, короткие платья и прочeе.
Но я неожиданно смутилась.
— Прошу прощения, — пробормотала я, бросаясь к дивану, на котором лежало тонкое покрывало.