— Ну-ну, всё хорошо, — бормотал он, успокаивающе поглаживая меня по спине.
Осознание того, что мы стоим обнявшись, пришло несколько позже. Не скажу, что это было неприятно. Приятно и даже очень. Хотелось прижаться сильнее, зарыться пальцами в волосы, проверив их на мягкость, и провести носом по шее, наслаждаясь чисто мужским ароматом.
Но сейчас не место, не время, да и вопросов много.
Я убрала руки и чуть отстранилась, рассматривая его лицо.
— Tы здесь, — все еще боясь поверить в происходящее, произнесла едва слышно.
— А ты впервые назвала меня по имени, — сообщил Витторн, слегка улыбнувшись.
Улыбка вышла немного кривой из-за крови, запекшейся в уголке губ. Да и ссадина на скуле явно была свежей.
— Ты ранен?
Я выбралась из его объятий и отступила, придирчиво изучая и отмечая каждое изменение.
«Ага, разбитые костяшки, царапина на виске, которую сложно рассмотреть из-за густой челки. Витторн явно недавно с кем-то подрался. И, кажется, я знаю с кем».
Реальность навалилась, заставив глубоко вздохнуть и заметаться по комнате.
— Нам надо уходить отсюда, и как можно быстрее, — произнесла я, бросаясь к креслу и хватая шубку.
— Ты куда-то спешишь? — спросил он, наблюдая за тем, как я лихорадочно пыталась попасть в рукава.
— Да! Ты, наверное, не в курсе, но ко мне тут сватались.
— Я бы не назвал это сватовством, скорее попытка быстро провести брачный союз, — сложив руки на груди, заметил фокр. — Жаль тебя огорчать, но новой правительницей Моргулии тебе не стать.
— Какая досада, — фыркнула я, совершенно не расстроившись.
— Правда, еще есть шанс соблазнить Горлана. Ты ему, кажется, понравилась.
Из этого всего я поняла лишь одно: опасности больше нет и бежать из замка сломя голову уже не надо.
— Ничего не хочешь мне рассказать? — спросила у него, перестав воевать с шубой.
— А ты мне? — спросил Витторн и, как заправский фокусник, достал из ниоткуда многострадальный блокнот.
«Вот и расплата пришла».
— Хартрай хоть жив? — устало спросила я, присаживаясь в кресло.
Разговор явно предстоял длинный и тяжелый. Да и спешить теперь и бежать куда-то бессмысленно.
— Я не убийца и не дурак, чтобы убивать или калечить правителя другого государства. Дипломатия. Император мне за это точно спасибо не скажет. Нет, Хартрай отдал мне его добровольно.
— Неужели? Надо же, какой послушный. А мне отказался, — горько улыбнулась я, потирая виски.
Отходняк от перенапряжения не заставил себя долго ждать.
Заломило виски, усталость навалилась на плечи, а еще захотелось выпить.
Что-нибудь покрепче.
Никогда не увлекалась спиртным, а тут что-то захотелось. В конце концов, не каждый день я в течение пятнадцати минут перехожу в разряд «почти жена» и обратно.
— Может, ты его плохо просила?
— Сомневаюсь, что причина только в этом.