— Потанцуем? — с надеждой спросила девушка.
В глубине светлых глаз горела такая надежда, что Витторн не посмел отказать.
— Разумеется. Для меня большая честь пригласить вас на танец, княжна Олейн, — с поклоном произнёс мужчина, чувствуя, как совесть вновь напоминает о себе, изъедая изнутри.
«Не стоит играть с ней. Она этого не заслужила… но это всего лишь один танец! Пусть Олейн хоть немного побудет счастливой».
Кажется, они о чем-то разговаривали. О чем-то незначительном и неважном. Олейн всё пыталась поймать его взгляд, смотря глазами обиженного котенка, а Витторн все больше мрачнел, чувствуя себя последним ничтожеством.
— Спасибо за танец, — произнёс мужчина, когда всё закончилось.
— Вы не могли бы принести мне попить? — тут же спросила она.
— Я спешу…
— Но… как же…
— В другой раз, — поспешно произнёс он, отступая.
Быстро осмотрел зал и только тогда понял, что Агнелики нигде нет.
Судя по хмурому взгляду Айдера, он тоже не мог её найти.
Тревога, кольнувшая в сердце, становилась все больше.
— Вы не знаете, где сейчас княжна?
Витторн решил сразу напрямую все узнать у княгини Айрин.
— Нет. — Женщина, которая до этого о чем-то беседовала с невесткой, удивленно на него посмотрела. — Может, вернулась к себе в комнату?
Тревоги в ее голосе не было.
Действительно, что может случиться с Агнеликой в родовом замке, где буквально все было направлено на защиту благородного семейства?
Увидев жену Фагота, мужчина мысленно напомнил себе поговорить с парой о необычных способностях их младшего сына.
Тревога нe уходила. Наоборот, она становилась все сильнее.
«Где же ты, Агния?»
Витторн сделал шаг к выходу, когда внезапно от адской боли скрутило всё тело.
Мужчина приглушенно рыкнул и ничком упал на пол, теряя сознание.
Нечто похожее уже было.
Четыре года назад.
Витторнa тогда разбудил среди ночи оглушительный рев внутреннего хищника.
Еще не до конца проснувшись, мужчина вскочил, путаясь в одеяле, готовый в любой момент отразить удар неведомого врага.
Шли секунда за секундой, а удара все не было. Только зверь продолжал выть. Да так жутко и страшно, что кровь стыла в жилах. Так обычно хищник воет по мертвяку.
Только где же здесь, в замке бьёрна, мертвяк?
А потом пришла боль…
Такая резкая, жуткая и всеобъемлющая. К ней невозможно было подготовиться. Её нельзя было вытерпеть.
Его хриплый вскрик стал единым целым с тоскующим воем хищника.
Окружающий мир померк. Исчез, уступив место боли.
Витторн кричал и хрипел, чувствуя, как разрывалось сердце. Как горела и плавилась кожа на груди, в том месте, где появлялась метка проклятия. Скручивались узлом нервы, ломались и хрустели кости, лопались сосуды. И кровь из них текла не красная, а черная, грязная и липкая.