Героиню всю жизнь преследует кошмар о властном мужчине, удерживающем её в горном замке. Граница между реальностью и страшными снами стирается, когда её прошлое внезапно возвращается. Она должна разобраться, что было правдой, а что — плодом её воображения, и найти спасение от собственных...
Раздел Chitat.online для книги «Поцелуй скорпиона» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героиню всю жизнь преследует кошмар о властном мужчине, удерживающем её в горном замке. Граница между реальностью и страшными снами стирается, когда её прошлое внезапно возвращается. Она должна разобраться, что было правдой, а что — плодом её воображения, и найти спасение от собственных...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героиню всю жизнь преследует кошмар о властном мужчине, удерживающем её в горном замке. Граница между реальностью и страшными снами стирается, когда её прошлое внезапно возвращается. Она должна разобраться, что было правдой, а что — плодом её воображения, и найти спасение от собственных...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Ты уверена?
Отчего-то Сакронский выглядел напряженно и смотрел на неё настороженно.
– Да.
– Может, всё-таки перерыв сегодня?
Кира покачала головой.
– Нет. За окном снова дождь… Вызывает желание погрузиться в прошлое.
И сбежать от настоящего.
То, что было утром, поразило Киру. Нет, она не сожалела о том, что переспала с Демидом. Сожалеть – признать ошибку. Ошибкой их связь не была – точно.
Напротив, она испытала то, что никогда и ни с кем ранее не испытывала. И это окончательно взорвало её мир. Она не хотела пока думать, что и как будет дальше. Только не сегодня. Кира позволила себе небольшую слабость отодвинуть анализ происходящего на потом.
Как там говорил про неё Артур – она девочка, она имеет право на слабость.
Демид скрестил руки на груди.
– Плохая идея, Аристократочка. Ты от вчерашнего ещё не отошла.
– Демид, извини, но я сама могу решить, что и когда мне делать."
"Их взгляды встретились. Кира приготовилась к тому, что как всегда, натолкнется на пренебрежение, ярость или что-то в этом духе и была удивлена, когда Демид первым отвел взгляд.
Что-то меняется в Датском королевстве?
– Как скажешь, Кииирааа.
Вот тут захотелось чем-нибудь в него запустить. Будто и не было утра с жаркими поцелуями и откровенно нежными признаниями.
Они прошли в кабинет к Эльдару.
– Кира, готова?
– Да.
– Тогда занимай место на кушетке. Демид, ты тоже будешь погружаться?
Демид встал у широкого окна, присев бедрами на край подоконника, так же скрестив руки, позой давая понять, что закрылся от остальных. Кира отчего-то остро восприняла его отчуждение.
Видимо, никогда им не договориться…
– У меня болит голова.
– Снова?
Муж кинул сюртук на кресло и, пройдя к буфету, достал графин с виски. Гремя хрусталем, вынул и стакан. Щедро плеснул себе алкоголя и залпом выпил. Кира молча наблюдала за его действиями. Она сидела перед трюмо, расчесывалась, готовясь ко сну.
– Да, Демид, снова.
На лице мужа появилась неприятная, злая усмешка, от которой Киру бросало в дрожь. Красивое лицо моментально искажалось, превращаясь в маску холодного дельца. К сожалению, в последнее время она всё чаще и чаще его видела.
– Кира, а тебе не кажется, что слишком часто она у тебя болит?
Кира отложила в сторону щетку и поднялась. Пришлось подтолкнуть себя, чтобы ноги направились к мужу. Да и улыбка у неё была не совсем искренняя.
– Я ничего не могу с собой поделать.
– Давай пригласим лекаря.
– Давай. Я принимала пилюли, что мне приписал мсье Кардан, но они не помогают.
Кира не лукавила, говоря о плохом самочувствии. Головные боли начали её терзать месяца два назад, возможно, раньше. Сначала Кира на них не обращала внимания, ссылаясь на усталость, на общую атмосферу, царившую в доме. Девушка часто плакала, Демид своей ревностью изводил её.
