Героиню всю жизнь преследует кошмар о властном мужчине, удерживающем её в горном замке. Граница между реальностью и страшными снами стирается, когда её прошлое внезапно возвращается. Она должна разобраться, что было правдой, а что — плодом её воображения, и найти спасение от собственных...
Раздел Chitat.online для книги «Поцелуй скорпиона» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героиню всю жизнь преследует кошмар о властном мужчине, удерживающем её в горном замке. Граница между реальностью и страшными снами стирается, когда её прошлое внезапно возвращается. Она должна разобраться, что было правдой, а что — плодом её воображения, и найти спасение от собственных...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героиню всю жизнь преследует кошмар о властном мужчине, удерживающем её в горном замке. Граница между реальностью и страшными снами стирается, когда её прошлое внезапно возвращается. Она должна разобраться, что было правдой, а что — плодом её воображения, и найти спасение от собственных...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Артур завалил её вопросами, правда, сначала рассказал, что её работы по-прежнему нравятся редакторам, и их «покупают, покупают и ещё раз покупают». Голос у него был бодрый, довольный.
– Как дела на любовном фронте?
– Ой, дива моя, вот вернешься в Питер, мы с тобой засядем на кухне за бутылочкой вина и поговорим. Ок, дорогая?
– Как скажешь.
В доме Кире не сиделось, и она вышла в сад.
Где её и застал Демид.
Увидев мужскую фигуру, спускающуюся с крыльца, Кира нахмурилась.
– Так ты был дома? – сорвалось у неё с губ.
– И тебе доброго дня, Аристократочка.
Демид подошёл к ней, притянул голову и чмокнул в лоб. Кира вспыхнула."
"– Что ты себе позволяешь, – но натолкнувшись на насмешливый взгляд, распыляться дальше не стала. Нахмурилась и недовольно бросила: – Я думала, тебя нет дома.
– Отсыпался. Ночь выдалась тяжелой.
А вот последняя фраза прошлась раскаленным железом по нервам Киры. Вспорола старые нарывы, обнажила те участки её души, которые были под надежным замком, спрятаны от посторонних глаз.
– О, как даже. Совсем измотался, бедняжка? И кто тебя ушатывал? Блондинка? Брюнетка? Или сразу обе?
Кира никогда никого не ревновала. Не было повода. Не было чувств. Ничего не было.
А тут волна удушливой ревности захлестнула её с головой, скрутила внутренности узлом, перекрыла кислород. То есть этому ублюдку её было мало, да? Нет, не так! Он получил свой трофей – её. На этом всё – план-максимум по получению Киры выполнен, можно вернуться к обычным своим утехам.
Ещё больше ее разозлило довольное выражение на его лице, когда он услышал её негодующие вопросы.
– Ого, Аристократочка, полегче… Неужели моя кроха ревнует?
– Да пошёл ты, – процедила сквозь сжатые губы Кира: – Я сейчас же уезжаю.
Больше им не о чем говорить! Хватит.
Она успела сделать шаг в намерении обойти живого истукана, но крепкие руки схватили её и рывком притянули спиной к себе, ощутимо впечатав в сильное мужское тело.
– Твоя ревность – бесподобна, Кииирааа, – зашептал он ей на ухо и в продолжении укусил за мочку, вызвав маленький разряд тока. – Но меня интересуешь ты. Только ты. И я хочу, чтобы ты об этом помнила всегда!
– Отпусти меня! – Кира не желала сдаваться. Сейчас ей было откровенно плевать на условности, на влияние Сакронского. Она хотела, чтобы он отпустил её и оставил в покое. Её лимит терпения исчерпан.
– Нет. Я соскучился по твоему запаху, кроха.
И, явно провоцируя, провел носом по её шее, шумно втягивая воздух.
Киру затрясло. Она, продолжая про себя материться, сделала молчаливую попытку вырваться из кольца его рук. Тщетно.
– Прогуляйся со мной, Аристократочка, – его голос обволакивал, искушал, рисовал в воображении самые непристойные картины.
– Куда?
Куда угодно, лишь бы отпустил… Позволил дышать кислородом, а не его запахом.
