Мрак погружает вас в тихую темноту, где каждое движение кажется чуждым. Первые поцелуи пробуждают дрожь от самых глубин до самых вершин, заставляя сердце биться как молоток в стенной коробке. Вы ощущаете себя живой и нежной, любовью наполненной, словно новая жизнь пришла на смену тьме....
– Здесь легко охранять. В реальном мире с реальными стригоями все будет не так просто.
Его улыбка увяла, в глазах вспыхнула злость.
– Верно. Насколько я слышал, ты и там не слишком-то утруждалась. По крайней мере, в том, что касается Мейсона.
Насмешки над тем, что случилось со Стэном и Кристианом, – это одно. Но намек на то, что я ответственна за смерть Мейсона? Непозволительно. Я два года обеспечивала безопасность Лиссы в человеческом мире. Я убила в Спокане двух стригоев. Я – единственный новичок в этой школе, имеющий знаки молнии – маленькие татуировки, которые получают убившие стригоев стражи.
Градусник взорвался.
Одним молниеносным движением я проскочила мимо Райана, схватила Камиллу и оттолкнула к стене. Не с такой силой, чтобы причинить вред, но она явно испугалась – глаза расширились в шоке, и вдобавок я обхватила ее рукой за горло.
– Что ты делаешь? – воскликнул Райан, переводя взгляд с меня на нее.
Я слегка сменила позу, но Камиллу не отпустила.
– Пополняю твое образование, – вежливо сказала я. – Иногда бывает не так легко охранять, как ты думаешь.
– Чокнутая! Ты не смеешь причинить вред морою. Если стражи узнают…
– Конечно не смею. – Я перевела взгляд на Камиллу. – Я причиняю тебе вред? Ты испытываешь жуткую боль?
Она заколебалась, но тут же отрицательно затрясла головой – настолько энергично, насколько позволяли обстоятельства.
– Тебе неудобно?
Еле заметный кивок.
– Видишь? – сказала я Райану. – Неудобство и боль – разные вещи.
– Ты ненормальная. Отпусти ее.
– Я еще не закончила, Рай. Обрати внимание, потому что это важно: опасность может исходить откуда угодно. Не только стригои, бывают стражи, одетые как стригои. Продолжай вести себя
точно самоуверенный козел, воображающий, будто знает все, – я слегка напрягла руку, по-прежнему не перекрывая Камилле дыхания и не причиняя боли, – и ты непременно упустишь что-нибудь.
– Ладно, ладно. Пусти. Пожалуйста, прекрати. – Его голос дрожал, всякое позерство исчезло. – Ты пугаешь ее.
– Я тоже боялась бы, если бы моя жизнь находилась в твоих руках.
Запах гвоздики предупредил о появлении Адриана. Я также заметила, что подошли Шейн и еще несколько человек.
