Мрак погружает вас в тихую темноту, где каждое движение кажется чуждым. Первые поцелуи пробуждают дрожь от самых глубин до самых вершин, заставляя сердце биться как молоток в стенной коробке. Вы ощущаете себя живой и нежной, любовью наполненной, словно новая жизнь пришла на смену тьме....
Однако после службы в это воскресенье я не смогла покинуть церковь, поскольку назначенные мне общественные работы намечались именно здесь. Когда церковь опустела, я с удивлением обнаружила, что один человек остался – Дмитрий.
– Что ты здесь делаешь? – спросила я.
– Подумал, может, тебе понадобится помощь. Я слышал, что священник хочет произвести тут генеральную уборку.
– Да, но ты же не наказан. И для тебя это тоже выходной день. Мы… ну, новички… всю неделю попадали в переделки, но вы-то, стражи, участвовали в схватках постоянно.
Только сейчас я заметила и у Дмитрия пару синяков – хотя меньше, чем у Стэна. Эта неделя была долгой для всех. И подумать только – она лишь первая из шести!
– И чем еще мне заниматься сегодня?
– В голову приходит сотня других вещей, – сухо ответила я. – Например, можно посмотреть кино с Джоном Уэйном[4], которое ты еще не видел.
Он покачал головой.
– Таких нет. Я пересмотрел их все. Послушай… священник ждет нас.
Я обернулась. Так и есть. Отец Андрей стоял у входа и выжидательно разглядывал нас.
богатое облачение, которое надевал во время службы, и остался в простых штанах и рубашке на пуговицах. Судя по виду, он тоже собирался работать, а ведь вроде бы воскресенье считается днем отдыха.
Мы с Дмитрием направились к нему – получить указания, что делать. По дороге я ломала голову над тем, что на самом деле заставило Дмитрия остаться здесь. Обычно он загадок мне не загадывал. Как правило, его намерения были ясны; я предположила, что и сейчас существует какое-то элементарное объяснение, просто мне оно пока неизвестно.
– Спасибо вам обоим, что вызвались помочь мне. – Отец Андрей улыбнулся нам.
Я сдержала усмешку при слове «вызвались». Священник наш – морой лет под сорок, с тонкими седыми волосами. Даже не будучи истинно верующей, я любила и уважала его.
– Ничего особенно сложного мы сегодня делать не будем. По правде говоря, это довольно скучно. Нужно, конечно, произвести обычную уборку, а потом мне хотелось бы разобрать ящики со старыми вещами, которые стоят на чердаке.
– Мы с удовольствием выполним ваши указания, – серьезно ответил Дмитрий.
Я подавила вздох и постаралась не думать о том, чем могла бы заняться действительно в свое удовольствие.
Мы приступили к делу.
Мне досталось работать шваброй, а Дмитрий вызвался протирать пыль и полировать деревянные скамьи. Он выглядел задумчивым, целеустремленным и делал все с таким видом, будто действительно получал удовлетворение от своей работы.
