— Успели помириться? – я фыркнула, начиная вырываться. – Отпусти!
Подняла руку и влепила пощечину. Правда, не Бранту. А Арону. Боже, я ненавидела, когда они вот так внезапно менялись.
— Наша девочка, — Арон прохрипел. Вырывающуюся и злую, поднял на руки, после чего понес к лужайке.
— Я уже сказала Бранту, что я могу быть только со своим истинным. Создание нашей семьи предначертала сама судьба. Поэтому, отпусти меня.
Арон уложил меня на траву и тут же навис сверху. Своими ладонями стиснул мои и, прижимая мои руки к траве по обе стороны от моей головы, наклонился к губам:
— Мне плевать на судьбу.
С этими словами Арон скользнул лицом вниз. Вновь его губы на моей шее. Причиняли легкую боль и будоражащий трепет. Тот, который мгновенно туманил сознание и в тот же момент, на клочки резал разум. Я вырывалась, повторяла себе, что этой близости допускать нельзя. Но почему-то не пользовалась магией. А ведь могла.
Вместо этого, короткими ногтями впивалась в его руки и коленкой ударила Арона в бок. Но он ее перехватил, освобождая одну мою руку и провел ладонью к бедру, тут же сжимая его.
То, что происходило между нами, напоминало странное противостояние. Дикое. Жгучее. От которого искры летали и, казалось, что или я убью оборотня, или он меня трахнет. Другого варианта не было.
— Как же я тебя ненавижу, — зашипела. Арон лишь сильнее сжал мое бедро, после чего просто сдернул с меня кофту, а затем и лифчик. Истязая мои губы болезненным поцелуем, сдернул юбку, а за ней и трусики. Отстранился и посмотрел на меня. Казалось, что запоминал каждый сантиметр тела, но ничего не говорил. Только тяжело дышал.
Вечер был прохладным, но под взглядом Арона мне стало невыносимо жарко и я тут же стыдливо прикрылась руками, замечая, что в следующее мгновение, черты его лица стали меняться и вот надо мной возвышался Брант.
Я действительно не любила, когда они так резко менялись. Особенно, в такие моменты. Когда безумие окутывало тело и ты наполнялась миллиардом противоречивых эмоций к одному, а тут, внезапно ты оказывалась по другим парнем. Лед менялся с огнем и наоборот. Из-за этого я терялась и эмоции, сплетенные с ощущениями, шли волнами и сносили не хуже цунами.
Брант окинул меня взглядом. Впивался им в тело. Будто пожирал без остатка. И его взгляд было выдержать ничуть не легче, чем Арона.
— Не закрывайся, девственница. Я хочу тебя видеть, — сказал он таким хриплым, уже не узнаваемым голосом. От которого по телу, против моей воли бежал судорожный жар, опаляя нервные окончания.
— Я как раз и закрываюсь, потому, что не хочу лишаться своей девственности! – как же мне было неуютно лежать под ним полностью голой. Это немного отрезвляло и возвращало ясность сознанию, но ненадолго.
Брант убрал руки от моей груди и смял ее ладонью.