Тем временем полиция Дейтона арестовала некоего Томаса Харриса, который сознался, что участвовал в похищении профессора Кармайкла, и заявил, что отговорил Коулмана убивать свою жертву, чем и объяснялся тот факт, что Кармайкл остался в живых.
Мой отдел в Куантико провел быструю оценку действий Коулмана и Браун. Несмотря на крайнюю жестокость, я понимал, что они, в отличие, например, от Брэдфорда Бишопа, не являются особо умными или искушенными. Они повторяли одно и то же преступление, и пока что это сходило им с рук. Однако они оставляли улики и отпечатки пальцев и даже не пытались скрываться, хоть и знали, что Коулмана разыскивают, как сбежавшего из-под залога. Я не считал, что Браун – его жертва-сообщник, поскольку она следовала за Коулманом по собственному желанию, но стрелял всегда он. И хотя она была в него влюблена, я подозревал, что тут есть доля страха и доминирования.
Это хорошо увязывалась с предположительным мотивом Коулмана. Несмотря на чудовищность его преступлений, мотив был прост: по мере того как я изучал его биографию и эпизоды изнасилований, мне становилось все яснее, что с ранних лет Коулмана преследовали фантазии о сексуальном доминировании и контроле над другими людьми, потому что, как многие другие насильники, он только в эти моменты чувствовал себя удовлетворенным и довольным жизнью. У него не было никаких других личных достижений, никаких отношений с людьми. И тот факт, что в ранние годы он насиловал только чернокожих, указывал на исходную сексуальную природу его преступлений, а не просто гнев на общество в целом, который тоже возник и отразился в более поздних эпизодах. Когда он напал на чернокожую супружескую пару средних лет в их доме в Детройте, то разразился несвязной тирадой о том, как черные заставляют его убивать других черных, словно это как-то объясняло или оправдывало его действия. Поскольку он с юности жил вне закона, Коулман сделал преступления чем-то вроде своей работы. Иными словами, он не только насиловал и избивал, а то и убивал своих жертв, но также грабил их и угонял машины. Обычно такие люди рассматривают преступление как свою основную деятельность. Зачем вы ходите на работу? Потому что так положено. Вот и Коулман думал примерно так же.
Составив карту его преступлений и связав все даты и перемещения, мы поняли, что Коулман не уезжал слишком далеко от тех мест, которые считал знакомыми и безопасными. За пределами Уокигана в окрестностях Чикаго он не чувствовал себя уверенным. Я решил, что в природе этого убийцы возвращаться к своим корням, туда, где ему спокойно. Собственно, он был настолько предсказуем, что позднее нам удалось вычислить даже шоссе, по которому он вернется домой.