Делая на кухне завтрак, он словно всё ещё был там: перебирал в уме все случившиеся события, пытаясь понять, как они вообще могли закрутиться в такую петлю и значит ли это, что ему тоже пора к психотерапевту?
Он не сразу услышал, как его позвал Ваня. А когда очередной крик: «Пап!» вырвал его из полусна, Ваня уже стоял прямо перед ним.
— С тобой всё нормально? — с тревогой спросил мальчик.
— Просто приснился странный сон, — вздохнул Слава.
— Да так… Тебя там не было.
Когда Ваня ушел в школу, Слава забрался в душ, выкрутил холодный кран на полную и ему стало лучше. Мобильный, оставленный на стиральной машине (на случай, если будут позвонить из больницы), завибрировал новым сообщение: мама прислала в Whatsapp анимированную открытку «С добрым утром, сыночек». Позже, вытираясь махровым полотенцем одной рукой, второй Слава отправил маме эмоджи, выражающее предельную степень восторга от ее картинки. Ему не сложно, а маме приятно.
С того вечера, как он написал маме: «Привет», они стали ближе. Раньше мама не слала ему открытки по каждому поводу (только на праздники), а он не делал вид, что они ему нравятся.
Он написал маме, как сильно запутался, как мимо него пролетел чайник, как одновременно дороги и болезненны для него эти отношения. Мама начала ответное сообщение со слов: «Сыночек, я не знаю, как это у мужчин…», и Славе почему-то стало хорошо. Хотя никакого маминого совета он не получил, а получил только мамино: «Я всегда рядом», и по-прежнему не знал, что ему делать с жизнью, а всё-таки жить стало приятней.
Он устроился с графическим планшетом в спальне, надеясь отвлечься за работой — отвлечься и не думать, поехал ли Лев к Дине Юрьевне, начался ли их разговор с Мики и чем вообще всё это закончится.
Тишина в квартире стояла до обеда. Мелодия на мобильном резко разорвала атмосферу спокойствия.
— Алло, — прохладно произнёс Слава, прижимая телефон к уху плечом.
Лев начал без предисловий:
— Она сейчас где-то посреди океана, наверное.
После недолгой паузы, Лев сказал:
— Ладно. Мне нужно, чтобы ты забрал Мики из больницы до вечера.
— Это в рамках психологической работы.
Слава так обрадовался слову «психологической» из уст Льва, что ничего не заподозрил.
— Ты поговорил с Диной Юрьевной?
— Да. Мы поговорили втроём.
Слава почувствовал облегчение: неужели он не безнадежен?
— Я очень рад, что ты это сделал, — искренне сказал он. — Спасибо.
Лев будто бы смутился:
— Да за что… Я же… отец.
— А эта психологическая работа… Это задание от Дины Юрьевны?
— Да, — немедленно ответил Лев.
Славе этот ответ показался уж слишком быстрым, даже заготовленным, словно Лев не хотел на нём останавливаться, и Слава подумал было расспросить об этом больше, но Лев перебил его мысль:
— Я возьму каршеринг и заеду за тобой.