— Меня устроит любая бурда, если её сделаешь ты, — и он неожиданно прижался губами к Славиному виску, сократив расстояние до миллиметров.
Слава задохнулся на полувдохе, втягивая сандаловый запах, удерживаясь от порыва зарыться носом в теплую шею.
— Ты нарушил дистанцию, — хрипло поговорил Слава.
— А зачем она сейчас нужна?
Он не нашелся, что на это ответить.
Они прошли на кухню, где Славу вдруг передернуло от странного узнавания ситуации: Лев, устроившись за столом, внимательно следит, как он ставит чайник на плиту. Орудие, пригодное для швыряния об стену, теперь было на его стороне.
Подавляя в себе эти не к месту вылезшие в памяти болезненные переживания, Слава залил крупинки растворимого кофе кипятком и молоком, и, размешав, поставил кружку перед Львом. Себе сделал чай.
Они сели друг напротив друга, как в том кафе, где состоялся один из худших разговоров об их отношениях. А теперь предстояло говорить о другом.
— Ты был прав, — вдруг сказал Лев.
Слава поднял на него взгляд, спрашивая: что это значит? Не верилось, что он это всерьёз.
— Мне не надо было его звать.
Слава молчал, удерживаясь от раздраженного: «Я же говорил!». Но что тут еще скажешь? Он действительно об этом говорил.
— Не могу перестать думать о том, что всё то время, пока мы ругались, сходились и расходились, с нашим сыном происходило… всё это, — продолжал Лев. — Тебе не кажется, что мы тратили время на какую-то хрень?
— Изнасилование нашего сына не отменяет того, что делал ты.
— Ты и сам знаешь, я устал снова и снова перечислять. Может, если бы я раньше начал «тратить время на какую-то хрень», этого бы вообще не случилось.
— И у тебя тоже я виноват, — хмыкнул Лев.
— Я имел в виду, что та нездоровая модель отношений, которую мы демонстрировали детям, учила их строить такие же нездоровые отношения с другими людьми. Это повышало риск попасть в ужасную ситуацию. Нам стоило разобраться друг с другом гораздо раньше.
— То есть, расстаться гораздо раньше, — кивнул Лев.
— Я много раз предлагал тебе другие варианты.
— Которые начинаются на слово «психо»? — насмешливо уточнил муж.
Лев покачал головой, посмотрев в сторону:
— Какая теперь уже разница? Может, ходи я на психотерапию, его бы еще в семь лет сбил автобус, потому что я бы не смог забрать его из школы. Откуда тебе знать, что любая другая альтернатива лучше того, что есть сейчас? Может, лучшая реальность — это та, в которой мы живём, а не та, которая тебе снится?
С этим сложно поспорить, когда в альтернативной реальности тебе выстреливают в живот.
Но Слава с надеждой спросил:
— Может, хотя бы сейчас начнешь?
— Ты хочешь, чтобы Мики сбил автобус? Мало тебе, что ребенка изнасиловали, ты еще и усугубляешь, да?
— Не смешно, — ответил Слава, но улыбку сдержать не сумел.