Почти 15 лет — читать онлайн бесплатно полностью

Слава наклонился к кровати, поцеловал Ваню в щеку, шепнул ещё раз: «Я тебя очень люблю» и вышел из палаты. Спустился на первый этаж, позвонил Льву.

Вечером Слава вернётся домой к заплаканному Мики, который попросит спеть ему колыбельную. И он, Слава, уставший и выжатый прошедшим днём, раздраженно подумает: «Чёрт, ну ты же не маленький, какого хрена…». А потом вспомнит, как пообещал Ване стать лучше, и споёт, потому что стать лучше — это перестать считать, что одному ребёнку любовь нужна больше, чем другому.

Теперь Ване было хуже, чем Мики, но Слава вторил про себя одну и ту же идею: «Тебя должно хватать на обоих, тебя должно хватать на обоих…»

Это был не крик и не щелбан, вместо кулачка.

Это была крышка пианино, сброшенная на Ванины пальцы — последнее, что он сделал для младшего сына.

Был серьёзный разговор — касающийся, к слову, самого Вани и отношений между ребятами в команде (не наносят ли ему травмы именно они?) — а Ваня уселся за пианино и, перебивая их голоса, принялся наигрывать марш Шопена. Не останавливался, хотя Лев попросил несколько раз.

Стоило ли из-за этого сбрасывать крышку на пальцы? Теперь уже кажется, что не стоило.

Теперь уже всё казалось ничего не стоящим: и музыка, и весь вчерашний разговор, и обидчики из футбольной команды. То, что вчера казалось проблемой, в которой нужно разобраться, сегодня превратилось в события будто бы из другой жизни.

Лев десять лет проработал в отделении реанимации и интенсивной терапии в областной больнице. За эти десять лет он проводил сердечно-легочную реанимацию ребёнку лишь однажды: восьмилетняя девочка потеряла сознание в коридоре.

Она была посетительницей, вместе с мамой приехала к бабушке. Детское отделение реанимации находилось в другом корпусе, девочку отвезли в ближайшее — на этаж выше.

Тогда он не нервничал, действовал по протоколу, завел сердце с помощью дефибриллятора. Это могла быть «внезапная кардиальная смерть», но девочка продолжила жить. Позже оказалось, что у неё аномальное строение сердца — синдром Вольфа-Паркинсона-Уайта, но это уже его не касалось и после он о девочке не вспоминал.

А оказавшись на поле перед Ваней — вспомнил. Главным образом потому, что вся его врачебная уверенность куда-то улетучилась, он нервозно соображал, что ему делать: он же ничего не умеет, он никогда не делал таких манипуляций с людьми. И это правда: таких — на траве, вместо реанимационной палаты, руками, вместо дефибриллятора — не делал ни с кем, кроме манекенов в учебных комнатах университета.