"
"Ненавижу свою особенность! За что мне это? Почему я? И так было сложно определиться, чем хочу заниматься по жизни. Один день мечтала быть дизайнером, второй – бортпроводницей, третий – выучить много языков. Но никогда даже мысли не допускала, что буду видеть мертвых и получать от них какие-то знаки. Для меня такое противоестественно! Отчетливо помню сон, в котором прабабушка предупредила об опасности. На следующее утро я поехала с одногруппниками за город и мы попали в крупную аварию. Я единственная не пострадала.
– Хорошо, – киваю.
Если в одиночку Андрею легче справляться с горем, то я, конечно, оставлю его в покое. Но это плохо! Людям нужно выговариваться, куда-то выплескивать свою боль и эмоции. Похоже, за четыре года Ковалёв совсем не изменился. За исключением того, что теперь он состоит в фиктивных отношениях.
Короткий сигнал мобильника заставляет вздрогнуть. Вика с Катей активизировались. С новостями о Пауле. Как только успевают быть в курсе всего?
Телефон вновь сигналит. Андрей переводит на него взгляд.
Возможно, видит отрывок появившегося уведомления. Делаю себе пометку на будущее: изменить настройки, чтобы текста не было видно. Хотя что в этом такого? Андрей вчера не смущался, когда ему приходили сообщения от подружки. Так почему я должна?
Девчонки, похоже, и не думают униматься. Опять пишут. А потом еще. Сообщения идут друг за другом.
– Тебя вечером на свидание приглашают. Романтическое. Ты согласна? – интересуется Ковалёв.
Следить за дорогой и всплывающими на телефоне уведомлениями получается так себе.
Замечаю, что последнее – действительно с предложением встретиться. От Ярослава. «Ты согласна?» Андрей повторил дословно.
Становится чудовищно неловко. А следом приходит мысль, которая повергает в шок. Предложи сейчас Андрей полететь с ним – и я бы уже отменяла дела и просила девочек прикрыть меня в институте. Жаль, Ковалёв не предложит. Эта фантазия так цепляет, что я до самого аэропорта не могу перестать думать о своей реакции. Импульсы импульсами, Яна, но гордость ведь какую-то нужно иметь!
– Ты сообщишь, когда вернешься? – уточняю, паркуясь у входа в аэропорт, наплевав, что буквально под носом висит запрещающий знак.
Андрею нельзя опоздать на самолет.
– Не знаю, – отвечает он, даже не повернув головы.
Закусываю губу и впиваюсь пальцами в обивку руля до скрипа кожи. Перед глазами возникает картинка, как вчера в клубе я прижималась к Андрею и чувствовала гулкие удары его сердца. Маловероятно, что смогу о таком забыть.
