– Извини, я не хотел сделать тебе больно, – произносит Андрей, не пытаясь приблизиться.
– Но мне больно.
Особенно душевно. Хочется столько всего ему сказать, но слова застревают в горле.
Не припомню ни единого раза, чтобы Ковалёв успокаивал меня, тем более извинялся, когда был не прав.
Андрей опускает взгляд на мою руку, переводит на лицо и снова на ожог. Шумно вздыхает, словно договариваясь о чем-то с самим собой, и подходит к кровати. Я задираю голову, чтобы посмотреть на него.
Ковалёв успел переодеться, на нем домашние брюки и футболка, которая скрывает синяки.
Волосы мокрые и взъерошенные. Глаза дикие. Наверное, со стороны я выгляжу ничуть не лучше. Растрепанная, заплаканная и уязвимая.
Правильные и необходимые реакции, когда Андрей рядом, дают сбой. Так хочется надеяться, что не у меня одной, и поэтому он здесь.
– Извини, – повторяет Ковалёв и протягивает руку. Гладит подбородок пальцем, очерчивает линию скул.
Меня размазывает от его касаний и низкого голоса, когда Андрей продолжает:
– Чувствую себя так, будто стою на тонком льду.
В прошлый раз он дал трещину. Я провалился и тебя за собой утащил. Если позволю себе подобное еще раз, то больше не всплывем.
Он опускает пальцы ниже, к шее. Нажим становится сильнее, от былой мягкости не остается и следа. По телу бегут мурашки.
– Ты представляла нас вдвоем? – вдруг спрашивает Ковалёв.
Моргаю. В самых разных и откровенных позах! Но вслух об этом я почему-то не могу сказать.
– А что будет после, думала?
Качаю головой. Даже знать про это не хочу!
– Зря.
Когда я выиграю чемпионат и улечу обратно, тебе будет больнее, чем сейчас. Прошлые твои отношения именно так и закончились. Я в курсе, что ты страдала. Твои родители и бабушка очень за тебя переживали.
– Бабушка и родители любят преувеличивать…
Андрей долго смотрит на меня, а потом обхватывает шею ладонью и сдавливает.
– Неужели так хочешь еще раз испытать те же эмоции? Совсем не боишься?
Если он про расставание и разбитые надежды, то, конечно, страшно.
А если – про случившееся между нами той ночью… Плевать, какую цену я за это заплачу.
Может, у женщин и хорошая интуиция, но иногда они не замечают очевидных вещей. Я с детства тянулась к этому мальчику, теперь уже – мужчине, и ничего в этом плане не меняется. Наоборот. Эмоций стало больше. И с каждым разом они ярче, острее, запредельнее. Раз попробовав, понимаешь, что хочешь еще. И еще…"
"Андрей сжимает мою шею чуть сильнее, блокируя доступ кислорода в легкие.
