Автор
Аня всхлипывала и шепотом просила прощения за свои мысли, но каждое слово рождало новые слезы. Вокруг царил странный покой, переплетенный с тяжелым молчанием – атмосфера была такая же нереальная и запечатленная в розовом плаще Ани и черных брюках ее матери. В этих страницах мир женщин из числа "почти счастливых" раскрывается со всей глубиной их тайн и переживаний....
Я все видела: ее рядом с тобой и тебя рядом с ней. В нашей кровати. Подробности мне не нужны – не утруждайся. Мне хватило, достаточно. Все, Максим, все. Умоляю – не мучь меня! Уходи. Просто уйди сейчас, и все, слышишь? Я не могу тебя видеть! И слышать тебя не могу.
– Я понимаю. Ты права. Но, Аленький, в жизни всяко бывает. Ты знаешь. Сама говорила. В жизни все гораздо сложнее…
– И гораздо проще, Максим! Иногда так просто, что до тошноты. Все, уходи! Уходи, умоляю.
Он вышел из кухни. Услышав стук входной двери, Аля словно очнулась.
Вот и все, да? Конец красивой сказки. А сказки, как известно, придумывают люди. Вот и она придумала. Сама. Никто не просил. В бабушкиной комнате легла на ее кровать. Не к себе же в спальню идти.
Закрыла глаза и подумала: «если бог есть и если он ее пожалеет, то просит она одного – долгого, беспробудного сна. Такого, чтобы не просыпаться, не открывать глаза. Потому что жить дальше она не сможет.
Спасло Алю счастливое свойство организма – в минуты страшных, казалось, непреодолимых стрессов она засыпала.
Спала крепко, без страшных сновидений, как будто рухнула в пропасть. Впрочем, именно туда она и попала… Но сон этот, темный и мутный, как воды Ганга, все же спасал. Несколько часов забытья – уже счастье. Проснулась от мысли – Анька! Глянула на часы – проспала шесть часов кряду, спасибо.
С трудом поднялась. Тело ломило, как при серьезном гриппе, чугунная голова гудела, как колокол. Руки, ноги – все не ее, чужое.
В бессилии опустилась на стул, оглядела кухню – такую знакомую, такую родную, где прошла вся ее жизнь. Сначала с бабушкой, потом с мужем и дочкой. С мужем. О господи, как тяжело…
Вышла в коридор – на старом, еще бабушкином, сувенирном держателе для ключей, привезенном, кажется, из Прибалтики, не было ключей от Кратова. Все правильно, именно туда он и уехал, куда же еще.
Смешно, как в анекдоте. Да уж, смешно… Первая мысль – снова в постель. Но нет, так нельзя. Надо себя чем-то занять."
"Принялась за уборку. Тыкала пылесосом в углы, тряпка для пыли выпадала из рук, принялась за грязную посуду и кокнула две тарелки. Устала, как после разгрузки вагона.
