Оля кивнула и беспечно махнула рукой.
Все были с родителями, с бабушками и дедушками, со старшими и младшими сестрами и братьями.
Софья, наряженная в серый джерсовый костюм и голубую в кружевах блузку, в драгоценностях, в туфлях на высоких каблуках («Аля! Как я выдержу эту пытку, не знаю!)», сидела, гордо подняв голову.
А Оля была одна. Валере звонить не стала, Катя была в больнице, взаперти. Да и какая Катя… После вручения медали к Софье подошла завуч.
– Вам есть чем гордиться! Девочка у вас замечательная!"
"– У меня две девочки, – улыбнулась Софья, – Аля и Оля. И обе хорошие! Уж мне-то вы можете поверить!
Аля готова была Софью расцеловать. «Какая же у меня… бабушка», – подумала она, впервые назвав так Софью. Ее действительную, законную, настоящую бабушку.
После фуршета – новое модное слово – «родственнички», как называла их Оля, наконец отвалили.
Облегченно вздохнув, подростки бросились на школьный двор курить и выпивать. Теперь им некого было бояться, они чувствовали себя взрослыми и на учителей посматривали снисходительно.
В полутемном актовом зале начались танцы, в туалетах и раздевалках продолжались выпивоны, кто-то уединился в пустых классах, громко бренчали гитары, и замученные учителя мечтали об одном – чтобы этот беспредел поскорее закончился.
Аля выпила шампанского и тут же захмелела. Очень хотелось домой, спать. Но, поддавшись на уговоры, выпила еще пару стаканов вина.
Через полчаса выпускной бал для нее закончился – вернее, продолжился в женском туалете в обнимку с унитазом.
Ворвавшаяся в туалет Оля кричала:
– Не умеешь – не пей! Ну все сорвала, все!
Аля сидела на полу, размазывая по лицу слезы, и умоляла отвести ее домой.
– Домой? – возмутилась Оля. – Конечно! Ты же уже отпраздновала! Теперь можно домой! А мы собрались за город, встречать рассвет и купаться! И как ты думаешь? Меня кто-нибудь будет ждать, пока я поволоку тебя домой? Все уже собрались и ждут только нас!
От стыда Аля ревела.
Громко вздохнув и подтянув Алю за подмышки – «Господи, тяжелая, как слон!» – Оля вытащила ее из туалета. Аля болталась, как тряпичная кукла. В коридоре к ним подскочили ребята. Перехватив окончательно размякшую и раскисшую, ревущую от стыда Алю, они выволокли ее на улицу и взялись дотащить до дома.
Оля осталась у школы.
Аля обернулась и увидела, как Оля, отвернувшись спиной, закуривает и громко смеется. Вокруг нее гомонили ребята.
«Почему она со мной не пошла?»
Увидев пьяную внучку, бабушка ничего не сказала. Сдержанно поблагодарила ребят, раздела рыдающую Алю, уложила в постель, напоила горячим чаем с лимоном.
– Спи, Аля. Надо просто поспать.
Принесла старый тазик и поставила его у кровати:
– Если что, зови, не стесняйся.
Громко всхлипывая и пряча глаза от стыда, Аля кивнула.