Автор
В уголовном суде звучит оправдание жертвы, сокомпарный мужской голос говорит об обвинении в мошенничестве и насильственном убийстве. Вопли соседей прерываются новыми подозрениями на жену злодейки. О ком же идет речь? Кто сидит за решеткой?
Вот их-то мне и можно!"
"- Господин дракон! – послышались крики Барнсика и Шарлика. Они общими усилиями дотолкали кровать до дверей поместья. – Мы не можем ее внести в дом! Там какая-то магия! Она не дает! Еду мы внесли, а кровать не можем! Что прикажете делать?
- Как это не можете? – удивился дракон, бросая огрызок яблока на землю и придавливая его сапогом.
- Барнс пытался внести кресло, но его тоже не пускает! – слышался голос Шарлика. Барнс взял в руки кресло и попытался войти с ним в двери, но его отбросило в сторону.
По дому пронеслась розовая молния, а все всколыхнулось, словно огромное зеркало.
- Нас что? Домой не пускает? – спросила я, бросаясь к входу. Нет, все в порядке! Я вошла!
- Это как так получается? – высокомерно произнес дракон, подходя к дому.
- Не знаем! – пожали плечами Барнсик и Шарлик. Что-то мне подсказывает, что они завязали со службой и перешли в полное драконье подчинение. - А мы-то думаем, с чего это кровать упирается! Думали, что не влезаем! А тут…
- Так, - заметил дракон, глядя на кровать.
Он что? Сейчас кровать поднимет?
Глава 22
С замиранием женской хотелки, я смотрела на то, как дракон берет кровать и с легкостью поднимает ее, словно пустую коробку из- под холодильника.
В одном романе, который мне соседка давала, когда еще жива была, у всех все твердело. Вот прямо, что мужик не сделает, а у нее в корсете все твердеет! И повернулся, и улыбнулся, и бросил… А у нее твердеет и твердеет!
И вот у меня сейчас твердело намерение приобщить его к хозяйству.
Гостеприимно распахнутые двери, казалось, с легкостью впустят и кровать, и дракона, но нет. Снова по дому пробежала волна, не пуская кровать внутрь.
- Это что такое? –разгневанно спросил дракон, злясь, но, не оставляя попыток.
Мужчина в ярости всегда красив. Вспотевший, с прилипшей к мускулистому телу рубахе, со взглядом, опьяненным азартом и злостью, растрепанный и тяжело дышащий, он пытался втащить кровать внутрь.
- Хорошо! Окно! – яростно заметил дракон, пока мы с Беспардонным стояли и следили за этой картиной со стороны. Барнсик и Шарлик переглядывались и переживали. Остальные вещи валялись грудой возле входа.
Но и окно не пускало мебель внутрь. Я тоже смотрела на кровать.
