Автор
В уголовном суде звучит оправдание жертвы, сокомпарный мужской голос говорит об обвинении в мошенничестве и насильственном убийстве. Вопли соседей прерываются новыми подозрениями на жену злодейки. О ком же идет речь? Кто сидит за решеткой?
Мне вот интересно, а где сейчас эта ведьма? Она умерла? Или уехала? И почему я не спросила у местных, когда была возможность?
- Чую, сегодня на ужин у нас будет каша! – выдохнула я, раскладывая пердыньки, зеленые стрелки лука и тыквачки. - Господи! Хоть бы никто не помер!
Глава 44
Я вносила в старинную столовую ужин на три персоны. Свечи вспыхнули со всей аристократической торжественностью. Магия, мать ее итить!
Казалось, не хватает скрипачей, бала и курочки на подносе, покрытой корочкой соблазна.
- Да благословит тебя богиня! – вздохнул бесподобный Фогс, потянув носом. – Да пошлет она тебе большую-большую любовь! Да так, чтобы в сердце не поместилась! И не только в сердце!
- Ты что такое желаешь! – дернулся дракон, глядя на старика, который не замечал его хмурого взгляда.
- Да будет он богатым и красивым! Да будет он приставать к тебе каждую ночь до глубокой старости! Да не изменит ни разу! - продолжал Фогс, потирая сухонькие руки. - Как называется это чудное блюдо?
- Если растечется по тарелке, то суп! А если комом встанет, то рагу! – усмехнулась я, применив все свои кулинарные таланты.
Дракон сидел во главе стола с таким видом, словно только что не огород перерывал, а закопал всех родственников. Осталось только закинуть ноги в сапогах на стол. Я
поставила кастрюлю, дуя на обожжённые сквозь прихватку пальцы.
- Ну! Кто желает первым откушать? – спросила я, разливая по тарелкам.
Дракон посмотрел на свою тарелку, от которой шел пар, всем видом намекая, что и с хлебом он как-то не сильно торопился это есть.
Я направилась на кухню за тыквено- кабачковыми котлетками – оладушками и компотом из пердыньки.
Когда я вошла, то увидела пустую тарелку, стоящую напротив Фогса и все так же полную тарелку напротив дракона. Выглядело это так, словно кто кого. Презрительный взгляд унижал и тарелку, и ее содержимое.
- И почему это мы не едим? – осведомилась я, видя, как в меня вонзается аристократический взгляд. Дракон горделиво посмотрел на меня, а потом на тарелку, к которой даже не притронулся. Ложка так и лежала рядом, сохраняя девственную чистоту. Беспардонный Фогс уже тащил к себе оладушки, макая их в компот, и постанывая от удовольствия.
- Ты думаешь, я это буду есть? – капризно произнес дракон, опустив глаза в тушеные тыквачки, подернутые пленочкой.
