О чём книга «Почувствуй это снова»
Герои когда-то были счастливы вместе, но расстались врагами. Теперь он предлагает дружбу, но она всё ещё любит его. Смогут ли они найти новый способ быть друг другу близкими, или прошлое не отпустит их?

Автор
Герои когда-то были счастливы вместе, но расстались врагами. Теперь он предлагает дружбу, но она всё ещё любит его. Смогут ли они найти новый способ быть друг другу близкими, или прошлое не отпустит их?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Почувствуй это снова»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Герои когда-то были счастливы вместе, но расстались врагами. Теперь он предлагает дружбу, но она всё ещё любит его. Смогут ли они найти новый способ быть друг другу близкими, или прошлое не отпустит их?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герои когда-то были счастливы вместе, но расстались врагами. Теперь он предлагает дружбу, но она всё ещё любит его. Смогут ли они найти новый способ быть друг другу близкими, или прошлое не отпустит их?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он взял вину на себя, обо всем договорился. Оформили доки в участке, после чего мы с ним поехали искать круглосуточную забегаловку, чтобы выпить кофе. Я к тому времени уже достаточно протрезвел, он – успокоился.
Виктор Арсеньевич без долгих прелюдий заявил, что моя попытка прикрыть Юлю достойная и одновременно глупая, потому что родители, если они не конченые, разумеется, своего ребенка простят в любой ситуации. Простят, примут и помогут. И что если я хочу совершить подвиг, то выпендриваться нужно не перед ними. Я тогда ответил, что выпендриваться больше не буду совсем, и пообещал, что больше он меня на своем пороге не увидит. Виктор Арсеньевич кивнул и будто даже расстроился. Закончилась эпоха, многолетнее противостояние. Он победил, мы с Юлей расстались."
"Потом я отправился домой успокаивать бабулю, но разговор этот в голове прокручивал снова и снова, пока не придумал план. У меня родителей нет, но у Захара–то есть. Следующим утром, протрезвев окончательно, поехал к отцу Захара прямо домой, потому что так до сих пор и не понял, где он работает, какие–то спец подразделения.
Отец Захара меня принял, я объяснил ситуацию и спокойно попросил помощи.
Так, мол, и так. Выкупили в начале осени не слишком удачно битый кредитный мустанг, который лег мертвым грузом, никак не желая продаваться. Товарищ нас кинул, платить нечем ни за ремонт ни за кредит. Машина–кабриолет — в зиму не продается за ту цену, что просим. Задарма отдавать невыгодно.
Если помощи не дождемся, то хотя бы совета.
Мужик сначала распсиховался, давай орать, что мы наркоманы, особенно Захар. Я ответил, что нет. Но он мне не поверил. Потребовал кровь сдать на анализ, я согласился охотно. Он после этого заметно присмирел, но продолжил спорить:
– С Захаром всё понятно мне было уже пять лет назад. Толку не будет с него.
– Но это ведь неправда. Вы ошибаетесь, – спокойно ответил я. – Может быть вы сможете одолжить денег, чтобы нам удалось остаться в универе. Иначе придется бросать, идти работать, а там... неизвестно что.
– Одолжить — нет, – глубоко задумался он. – Но урок преподам. Если отработаете полгода на заводе моего друга в вечерние–ночные смены, то можете быть свободными. Мустанг я забираю, кстати. И это не обсуждается.
Я обрадовался пздц как!
– Конечно, – согласился сразу. – Видеть эту машину больше не хочу. Но тачка — честно огонь, ногираздвигалка, подъехал — любая баба ваша... – начал на энтузиазме, но быстро оборвал себя: – Сорри, это я не в тему. Всё, ушел.
Паркую машину у цеха. Помню, как мы с Захаром впервые приехали сюда и обалдели от того, что такие места еще существуют в наше время. Бардак, разруха, какие–то станки шумят, которым триста лет. Жутко подойти — взорвется и убьет нахрен.
Где–то крыша упала, где–то стена пробита.