Под боссом — это добрый вечер на даче, где безмятежное спокойствие быстро сменилось острейшей неопределенностью. Пухлые одеяла и пушистые зверюги создают уют, но Катя срочная мольба за машину поднимает все с ног до костей. Важное дело на коне, а в карманах только ключ от Лады и брелок с зайчиком....
Однако, секунды идут, сменяются этажи, а Серов как стоит безмолвным чурбаном, так и стоит.
— Мы едем в «Бристоль» на встречу с одним человеком.
Произнеся это, он смотрит так, словно силой мысли пытается ампутировать мой гипоталамус, и мне немного становится не по себе.
— Надеюсь, там есть еда. Потому что я хочу кушать.
Темные брови дергаются в удивлении, что наводит на мысль о том, что Люцифер не догадывался, что люди могут хотеть есть. Ну так у меня для него сюрприз. Хотят и еще как. А попробует сказать мне «нет», я на него трудовую инспекцию натравлю завтра же.
На подземной парковке я семеню вслед за размашистым шагом Серова, который направляется к восхитительной заднице черной Ауди А8 long. Мудак он конечно, садист и грязный домогатель, но стиль определенно имеет.
— Фотографов и красной дорожки не будет, Александра, — саркастично роняет он, заметив, как я разглядываю его машину.
— Простите, меня посетил приступ ностальгии, — поприветствовав улыбкой водителя, запархиваю в приоткрытую дверь. —До того как папу уволили с завода, он ездил на такой же. Это же Форд, да?
— Почти, — раздраженно летит мне в спину.
Это всегда работает. Тщеславные мальчики терпеть не могут, когда кто-то недооценивает их дорогие игрушки.
Я ставлю сумку на сиденье, и в этот момент выясняется, что Люцифер тоже предпочитает задний диван, потому что он небрежно плюхается рядом.
— Бристоль, — коротко бросает водителю, и я отмечаю, что настолько мерзкий тон достается очевидно лишь мне.
— А какова моя функция на встрече? — интересуюсь у стильно выстриженного затылка, пока его обладатель смотрит в окно.
— Вести протокол встречи.
— В письменном виде?
— В каком угодно. Главное, чтобы ты смогла пересказать диалог в деталях, если будет необходимо.
Короче, тупо включить диктофон.
Я тоже собираюсь отвернуться к окну, но в этот момент салон оглашается громким «Бу-ра-ти-но!Бу-ра-ти-но!» Этот рингтон у всей нашей семьи уже много лет установлен на деда Игоря. Мобильный надрывается в моей сумке, а от сумки меня отделяет облаченная в Зегну двухметровая туша Серова.
— Может быть, ты уже ответишь и прекратим слушать этот детский вой? — осведомляется он, приподнимая темную бровь.
