Под боссом — это добрый вечер на даче, где безмятежное спокойствие быстро сменилось острейшей неопределенностью. Пухлые одеяла и пушистые зверюги создают уют, но Катя срочная мольба за машину поднимает все с ног до костей. Важное дело на коне, а в карманах только ключ от Лады и брелок с зайчиком....
— Рассказывай, как докатилась до жизни такой?
Катя бледнеет даже несмотря на щедрый слой румян, глаза начинают метаться по столу как маятник. Этот лайфхак я подглядела на рабочей планерке у деда Игоря. Стоит ему задать этот вопрос грозным тоном, как сотрудники наперебой начинают друг друга сдавать и признаваться в собственных недочетах.
— Сань, Серов мне угрожал под суд отдать за клевету, если я не скажу, где ты.
Губы неумолимо раздвигает счастливая улыбка, а в животе снова становится щекотно. Угрожал, чтобы меня разыскать.
— И ты конечно моментально меня сдала, — произношу возмущенным тоном. — Могла бы и СМС чиркануть. Дескать, ховайся, Саня, Люцифер идет по твою душу. У меня, может, лучшее свидание в жизни было, а он его испортил.
Катя выглядит так словно пукнула на свидании с Чарли Ханнэмом: щеки пунцовые, глаз не поднимает.
— Сань, я растерялась просто. Он как рявкнул: «Быстро говори, где и с кем Александра», так я обо всем на свете забыла. А потом мне стало стыдно. Прости, а?
Тут мне становится Катю жалко — она в последнее время со всех сторон огребает, поэтому я подталкиваю к ней меню и перехожу на миролюбивый тон:
— Ладно, прощаю.
Катя робко придвигает к себе меню и начинает листать, а я прошу официанта принести американо. Сама я сегодня на редкость не голодна — мы с Кириллом на двоих полтазика дедовских пирожков съели. А когда он похвалил мои неожиданные кулинарные навыки, я сдуру ляпнула, что завтра еще напеку.
— И что Серов? Испортил тебе свидание? — спрашивает Катя, когда официант ставит перед ней тарелку с том-ямом. Берет ложку, проглатывает слюну, но начинать есть не решается, пока я не отвечу. Если я немного потяну время, уверена, что увижу, как потечет слюна.
— Ну скажем, мне пришлось уйти, — уклончиво отвечаю я, не желая вдаваться в подробности того, как из неуязвимой женщины-кошки я превратилась в пирожковую сабмиссив. — Ты кушай давай. Вижу, снова голодная.
Катя, получив разрешение, жадно окунает ложку в суп, а я машинально разблокирую телефон, чтобы посмотреть, не прислал ли Кирилл мне сообщение.
