Автор
В пределах вашей заявленной рамки текст оставляет место для краткого вступления к книге "Под кожей". Вадим пристально смотрит на свою жену, окружая ее осенней моросью. Она нежится в пледе, облаченном в коктейльное платье, стоя у капота черного «Мерседеса». Этот эпизод предвещает глубину и сложность будущего сюжета "Под кожей", где скрытые тайны обретают жизнь....
Кажется, Денис Алиев закончил со своими ухаживаниями, когда понял, что со мной его ждет лишь одна сплошная морока. Любая заинтересованная женщина, получив от него две корзины цветов, сама перешла бы на «ты» еще после первой."
"Все эти умозаключения позволяют мне смотреть в свою тарелку, пока обедаю блюдом дня. Голод делает мои движения торопливыми, и я расправляюсь с едой достаточно быстро. Глотая чай, смотрю в окно.
Разглядывать стекающие по стеклу капли дождя оказывается неплохим занятием, когда в голове ни одной мысли.
В моей вдруг пусто. Короткая остановка между прошлым и будущим. Вся эта философия пулей вылетает из головы, когда над моим столом нависает тень.
Не знаю, удивлена я или нет, но на этот раз сердце от неожиданности не выскакивает.
Подняв лицо, я смотрю в зеленые глаза Алиева.
В те самые, которые являются первой точкой притяжения на его лице и так ярко контрастируют с его кавказской внешностью.
В паре с черной футболкой на нем синие джинсы, на ногах — кроссовки. Простота одежды в его случае играет на руку, так как подчеркивает полное отсутствие жира в районе талии и отличные пропорции фигуры.
Он смотрит на меня исподлобья, заставляя с легким стуком опустить чашку на стол.
Указав рукой на второй стул за моим маленьким столиком, спрашивает:
— Можно?
Мою задержку с ответом Алиев «комментирует» приподниманием бровей.
Возможно, вчера я осадила его на эмоциях и незаслуженно, ведь сама дала повод считать себя заинтересованной, причем не один раз, а два, но это не делает меня преступницей.
Теперь он знает, что переоценил степень моей заинтересованности, тем не менее делать вид, что мы не знакомы, мне даже в голову не приходит. Причина моей задержки в другом — я понятия не имею, как себя вести.
— Пожалуйста, — пожимаю плечом.
Он занимает стул напротив, и все это время прямой взгляд Алиева не оставляет мое лицо. Это не дает забыть о том, что мои волосы собраны в небрежный хвост, а из косметики на мне только легкий слой пудры.
Взглядом я касаюсь рук, которые он кладет на стол, и его ладоней с длинными сильными пальцами.
— Привет, — произносит Алиев.
Чтобы не быть снобом, отвечаю в тон:
— Привет.
— Я вчера остался без телефона, — сообщает он. — Форс-мажор.
— Соболезную.
Алиев ведет широкими плечами, ерзает по стулу так, будто устраивается в нем поудобнее и основательно. Я не спускаю с него глаз.
