В подъезде детского сада бьется ожесточенная битва за первенство между двуми мальчиками — Влад и Семён. Однако когда они выступают перед директором, их взгляды случайно встречаются в окне на закате, и Влад восклицает о великолепии осени. Это лишь начало приключения, которое переносит героев в мир демонов и человеческих драконов, где каждый день становится новым сюжетом для исследований и решений загадок....
— Я не позволю тебе сгубить его! — У Ирины сдавали нервы. — Ты пытаешься сделать из него не короля, а безжалостную машину для убийств. Он ребенок, Линус, добрый и чуткий, не старайся перекроить его на свой лад. Позволь ему быть самим собой.
— Не лезь, — Линус предостерегающе оскалился. — Будешь вмешиваться, и я отстраню тебя от детей. И твой демон ничего не сможет с этим поделать — Вирилад верит мне.
Он блефовал, Ирина чувствовала это. Вирилад не доверял Линусу, хотя тот и пользовался его уважением. И все же мальчик все чаще вспоминал Даера и откровенно скучал.
— Ничего, Даер вскоре навестит нас, — утешала мальчика Ирина. — Он сможет повлиять на Линуса, я уверена. Твой учитель заходит слишком далеко и применяет не лучшие методы воспитания будущего короля.
Оливия не была так сдержанна, как Ирина, и высказалась жестче.
— Заносчивый, самовлюбленный болван! — бросила она, выглянув в окно домика, мимо которого только что прошел Линус в сопровождении охраны.
"— Никто, — согласилась Ирина. — Он подчинил себе людей, а теперь то же пытается сделать с нами. Но мы не для того вынесли столько, чтобы найти врага у себя под носом. Даер должен узнать, что происходит здесь.
Через несколько дней Линус и другие мужчины-воины отправились на охоту. Вирилада, как ученика, решено было взять с собой. Оливию и Ирину решено было оставит в поселении, с другими женщинами.
— Ну, уж нет! — Ирина не приняла такой расклад. — Ты, Линус, как никто другой знаешь, что я хорошая наездница. А если понадобится, смогу и метко стрелять. Я не оставлю Вирилада без присмотра. Не стану перебирать крупу, пока моему мальчику угрожает опасность. Я еду с вами.
Отвага и возбуждение, прозвучавшие в ее голосе, восхитили Линуса. Он позволил Ирине ехать, но при условии, что она будет держаться рядом с ним и лишний раз не открывать рта.
— Я никогда не была многословной, — возразила она, забираясь на спину низкорослой серенькой лошадки.
Он самодовольно осклабился. Подскакал ближе и, поравнявшись с Ириной, коснулся рукой ее колена, скрытого под плотной шерстяной юбкой.
— Это могло бы быть интересно, — проговорил он, не скрывая похоти. — Напомни мне об этом во время стоянки.
