В подъезде детского сада бьется ожесточенная битва за первенство между двуми мальчиками — Влад и Семён. Однако когда они выступают перед директором, их взгляды случайно встречаются в окне на закате, и Влад восклицает о великолепии осени. Это лишь начало приключения, которое переносит героев в мир демонов и человеческих драконов, где каждый день становится новым сюжетом для исследований и решений загадок....
— Это ты, Аден! Что за блажь пришла тебе в голову? Если это снова твои выходки, клянусь, я сделаю то, что обещал.
— Ваше Темнейшество. — Аден скрутился в тугое кольцо и заметно уменьшился в размерах. — Я здесь ни при чём. Роза, господин.
Даер внутренне похолодел.
— Продолжай! — потребовал он.
Ирина отошла в сторону, боясь попасть под шквальный огонь зелёных искр, что высекали глаза демона. Она уже знала, как для него важен цветок. И горе тому, кто посмеет его коснуться."
"— Цветок сорван, мой господин. — признался Аден и совершенно съежился, став похожим на моток бечевки.
Ирина ещё никогда не видела Даера таким рассерженным. В один прыжок он оказался на подоконнике, растворил створки окна и, грозно расправив крылья, сорвался вниз.
Ирина осталась стоять в полной растерянности. Она нервно покусывала губу, думая, кто мог покуситься на святыню демона. Неужели дети? Но она сказала им о запрете, предупредила. Конечно, Ольга своенравная, но она же не станет рисковать жизнью ради сиюминутной прихоти.
— На твоём месте я бы немедленно схватил детей и сбежал как можно дальше, — проговорил Аден, высовываясь из камина. — Впрочем, от Его Темнейшества прятаться бесполезно...
Глава 24
Сердце Ирины пропустило удар. В первую секунду она замерла, словно окаменела. А уже в следующую, не чуя под собой пола, неслась в Голубую спальню, к детям.
Ольга и Влад сидели за столом необычайно тихо и делали вид, будто усердно читают книгу.
— Вы выходили в сад? — упавшим голосом спросила Ирина.
Владик покраснел и съежился, как совсем недавно Аден.
Ольга вызывающе вскинула голову:
— Нет, а что-то случилось?
Кончик её носа дёрнулся — как всегда, когда девочка врала.
— А если подумать? — повторила Ирина, сдерживая праведный гнев.
— Мы только посмотрели, — признался Владик. Он не умел врать. — Ташик разрешил нам. Показал розу, а после мы сразу ушли.
— Что? — Ирина не могла потерять терпение. И лицо. Для детей она всегда и во всем старалась быть примером для подражания. Но до чего же трудно оставаться спокойной внешне, когда все внутренности скручивает от страха и предчувствия надвигающейся беды. Даер не простит. Не это. — Продолжай, Влад.
Мальчик глянул на сестру и закрыл рот ладонью. Не сказал, что Ольга возвращалась, якобы потеряв ленту. И что рукав её сильно топорщился на обратном пути и.
