Все молчали, выбитые из колеи необычностью происходящего.
Наконец, наш проводник отпер большую кованую дверь и жестом пригласил войти. Мы оказались в просторной пещере, стены которой были украшены различными фресками, вырезанными прямо на ее каменных стенах. Я даже засмотрелась на необычные сцены, запечатленные на них, но разглядеть все не удалось бы все равно, так как здесь уже не было магического освещения. Вместо этого использовались самые обычные факелы. Как оказалось это было сделано для того, чтобы даже по мелочи не тревожить магической фон. От факелов на стенах плясали причудливые тени, придававшие месту таинственности и некой торжественности.
— Прошу, присаживайтесь, — предложил провожатый, указывая на скамьи у стен, когда мы немного осмотрелись. Студент выпускного курса, который привел нас сюда, на несколько минут скрылся за дверью в противоположном конце этой необычной пещеры, а вернувшись, снова привлек наше внимание: — Я буду вызывать вас по одному в следующий зал, первым пойдет… — он достал список и зачитал имя невысокого щуплого парня, который запомнился мне тем, что каждый раз при виде меня вздрагивал.
Время потянулось растягиваясь, казалось, на часы, хотя это было не так: адептов вызывали довольно часто. К моему удивлению, я оказалась в списке последней и вся извелась, ожидая очереди.
— Лейра Алевтина Спицина! — прозвучало с эхом.
Я вздрогнула и встала.
Как ожидала, следующий зал оказался еще больше. Высокий потолок поддерживали резные каменные колонны, за которыми у стен притаился сумрак — свет факелов не мог его рассеять до конца.
В центре зала стоял каменный алтарь. И ассоциации, связанные с ним, оптимизма не прибавляли. Около него стояли ректор, декан, профессор по теории магических потоков, тот самый, что снимал мне блокировку дара, и некто в широком надвинутом на голову капюшоне. Мне показалось странным, что этот неизвестный при моем появлении и не подумал откинуть капюшон, но о самой инициации нам рассказывали мало, и я решила, что так нужно.
Я часто думала, почему нам дали такую скудную информацию об этом важном мероприятии, но так ни до чего путного не додумалась. Даже Грегу задала вопрос.
— В самом процессе нет ничего необычного, все делают артефакты и направляющие в них силу маги. Основное действо происходит в голове инициируемого. — Он постучал указательным пальцем по виску. — И уже об этом никто делиться не торопится. У каждого все проходит индивидуально.
— Что, тебе даже отец ничего не рассказал? — удивилась я тогда.
— Сказал, что лучше будет пройти этот путь самому, чем искать на песке чужие следы.
— Это как понимать?
— А вот как хочешь, так и понимай, — философски развел он руками. — Да не парься! Я и сам не понял, что это значит.