В ужасе от подобных угроз, студентка из академии магии готовится к своему курсу страшилок, где ей предстоит выживать в динамичной и опасной обстановке. Магический мир неспокойно дышит напряжением, а будущая жена нового учителя усиливает тревогу.
Похоже, «Под маской, или Страшилка в академии магии» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я невольно потянулась к лицу и потрогала свои уродливые губы. — Причем иллюзия запитывается на ауру человека и со временем не сползает. Она получается столь высокого ранга, что разглядеть ее наличие могут лишь амулеты, и даже архимаг, владеющий магией иллюзий, может увидеть лишь ее наличие, но не то, что под ней скрыто. Снять ее, конечно, можно. Но сил при этом придется затратить уйму.
— У нас в академии нет архимага иллюзий, — сочувственно посмотрел на меня старик.
— Так вы знаете?
— Юная лейра, неужели вы думаете, что те адепты, которые носят столь высокоранговую иллюзию, отмеченную нашими артефактами, не привлекли бы внимание декана того факультета, на котором такой человек обучается?
— И вы мне не поможете? — отчего-то шепотом спросила я.
— Я мог бы солгать, но вижу, что вам в жизни и так досталось. А потому буду с вами откровенен: вашу иллюзию в нашем королевстве может снять лишь несколько людей. Я попытаюсь переговорить с ними о вас, но не хочу обнадеживать, потому что вряд ли кто из этих мужей сорвется со своего насиженного места, чтобы помочь одной безвестной адептке. И не забывайте: любая работа должна быть вознаграждена, но что вы можете предложить им сейчас? Вот когда войдете в права наследования, тогда да. Не вижу особых препятствий.
— Но ведь можно заключить какой-нибудь договор о том, что я все им выплачу, как только смогу! — с жаром воскликнула я.
На что старый профессор лишь невесело усмехнулся:
— Наши маги работают по предоплате. Боюсь, отложенный на пять лет платеж их не устроит. Мало ли что за это время может с вами случиться? — он взял стакан, налил из графина воды и протянул мне через стол. — Возьмите, попейте…
У меня в горле и правда стоял ком от невыплаканных слез, который мешал дышать. Я не признавалась в этом даже себе, но все это время у меня была надежда — большая такая, хоть и тщательно скрываемая даже от самой себя — что в академии мне помогут и, пусть не сразу, но снимут эту уродливую личину. Возможно, именно поэтому я не пошла к декану или ректору со своими проблемами в первые же дни. Ведь иметь надежду, пусть и затаенную, слабую, все же лучше, чем не иметь ничего.
Тем временем декан продолжил:
— …Касаемо выплат на ваше содержание… Боюсь, что мое ходатайство о проверке распределения этих средств даже не будет рассмотрено. — И увидев мое расстроенное лицо, подбадривающе улыбнулся: — Но на днях я лично переговорю о вашем положении с ректором и думаю, он сможет нажать на нужные рычаги, чтобы жалобе дали ход.
