Под парусами в СИ-стиле ждут вас островки свободы и любви среди гладь белого океана. Встречайте рискованное нежданье на яхте Санкт-Петербурга, а также священные острова Хорватии с их солнцем и ветром. Это роман страсти и истинного сердца — любви, как бескрайний океан, поражающий своей глубиной и возможностями: она может дать свободу или навсегда исчезнуть в прибрежных туманах....
""Орлы"" почти синхронно повернули шеи в сторону Льва Семеновича. Довольные лица уставших спортсменов просияли улыбками. Сомневавшихся среди них не было. После опасного маневра капитана в самый первый день на место сомнений пришла твердая уверенность в собственных силах и азарт. Даже польский консультант не сунулся больше с ""авторитетным мнением"". Скинув всю ответственность на Сафронова, он наслаждался в бинокль каждой дуэлью и втайне от всех хвалил капитана.
- А где Олег? - Рогозин обвел взглядом всю площадку, отведенную для отдыха экипажа ""Александры"".
- Да не празднует он! - поспешил успокоить самодура-спонсора один из моряков. - Знакомых каких-то встретил. Сказал, скоро будет.
- Знакомых? Здесь? - Лев Семенович нахмурился, будто каждый, кто знал Олега, представлял для дела какую-либо опасность. - Ладно, явится – сообщите мне. А то знаю я его. Лишь отвернешься и... - махнул рукой.
Что такого мог учудить капитан никто так и не понял, но ""конечно"" и кивки убедили Рогозина, что Сафронова ему принесут на блюдечке.
Других заверений Льву Семеновичу не понадобилось. Вслух напевая ""Все хорошо, прекрасная маркиза"", он отправился в свой номер. Туда с минуты на минуту должны были доставить ужин из лучшего ресторана Кальяри, а в маленьком сейфе уже поджидал лучший друг - коньяк.
***
Не обращая внимания на оглядывающихся прохожих, трое громко смеялись и обнимались прямо у входа на причал.
- Нэт, я нэ вэру глазам.
- Я тоже рад тебя видеть! - Олег с трудом выбрался из медвежьей хватки. - Какими судьбами здесь?
- Ты шутыш?
- Самая знаменитая парусная гонка! Как такое можно пропустить? - удивилась третья, худощавая женщина с белой кожей и короткой, мальчишеской стрижкой. - Мы каждый год приезжаем посмотреть, а уж в этом, как узнали, что будет русская команда, и не раздумывали.
- Ирма, Валдис, и все-таки я удивлен. За неделю в Хорватии вы и словом не обмолвились.
- Так ты тожэ молчал, - возмутился прибалт. - Шутыл, смэялсо, а о главном не сказал нэ слова!
- Не знал я тогда. Рогозин со Строгановым держали строительство лодки в тайне. Меня позвали в команду прямо перед презентацией.
- Ого! Представляю, какой получился сюрприз, - восхитилась Ирма.
- Очень неожиданный! - обернулся он в сторону причала.
