Под парусами в СИ-стиле ждут вас островки свободы и любви среди гладь белого океана. Встречайте рискованное нежданье на яхте Санкт-Петербурга, а также священные острова Хорватии с их солнцем и ветром. Это роман страсти и истинного сердца — любви, как бескрайний океан, поражающий своей глубиной и возможностями: она может дать свободу или навсегда исчезнуть в прибрежных туманах....
- Но и до этого у меня есть, что тебе предложить.
- Слушаю, - уже без улыбки сказал Рогозин.
Строганов уверенно перешел к делу. На кофейный столик перед магнатом легла увесистая папка. Чертежи, проект договора, цветные буклеты... От мгновенной догадки у Лева Семеновича даже челюсть отвисла.
- Это к тому, о чем я думаю? – ошеломленно протянул он.
- Цена на пятой странице договора. И пока ты не начал торговаться... - Виктор усмехнулся. – Говорю прямо: сумму менять не буду. Уже сейчас у меня есть два покупателя, которые купят дороже.
- Подготовился! Хочешь горяченьким меня взять?
- ""Александра"" твоя.
Карты вскрылись.
- Ух! – присвистнул Рогозин. – Повтори это еще раз. Звучит-то как! Песня для моих ушей!
- Твоя. Но в придачу к ее стоимости мне нужен кредит.
- Что?
- С годовой отсрочкой по ежемесячным платежам.
- Грабеж средь бела дня!
- И без залога, - Строганов пожал плечами. - Сам понимаешь - отдавать нечего.
- Ну, Витька! Ты превзошел даже своего батеньку! Уж тот умел мне руки выкручивать, как никто другой.
"Виктор на эти причитания ничего не ответил. Осторожно понюхал чай и, убедившись, что желтоватое нечто пахнет не хуже, чем напиток, которым поила его Аля, начал пить. Рогозин, казалось, даже не заметил, что его проигнорировали. Внимательно изучая документы и фотографии, он на минут пятнадцать исчез из реальности.
Не зазвони на столе телефон, неизвестно, сколько мужчины просидели бы так. Однако дела не ждали. Отставив пустую чашку, Виктор пересел за рабочий стол.
Гость тоже допил свой кофе.
- Да, не соскучишься с тобой, - Лев Семенович потер ладонями лицо, разгоняя кровь.
- Кто бы говорил.
- Это точно! Где планируешь справлять Новый год? – уточнил, чтобы хоть немного отвлечься от шока.
- Дома.
- А Рождество? – Рогозин посмотрел на него как на душевнобольного.
- Тоже дома, - не отвлекаясь от бумаг, буркнул собеседник.
- Как дома?!
- Так. – Виктор поднял глаза. – В узком семейном кругу. Я и подушка.
- Строганов! - Лев Семенович вылупился на него. – На тебя старость напала? Твоя благоверная вообще в курсе, что ты медведя на Новый год изображать собрался? Или у вас игры? Эти... Ролевые!
- Именно! – грубо, обрубая всякое желание продолжить допрос, произнес Виктор. – У нас долбанные ролевые игры!
За неделю после разговора на яхте он ни на йоту не смирился с новыми обстоятельствами своей жизни: пустая квартира, еда из ресторана и долгие ночи без сна.
