Мои губы касаются ее холодных, и я ощущаю, как холод проникает в мою душу. Я должен продолжать, пока не услышу ее дыхание, пока не увижу, как ее глаза снова засияют.
Время кажется остановленным, и каждая секунда длится как вечность. Но я не могу позволить себе остановиться.
Она должна очнуться...
Мое сердце бьется в груди, как будто пытается вырваться наружу. Я пытаюсь сосредоточиться на дыхании, но страх и тревога не дают мне покоя.
С каждым движением руки чувствую, как паника усиливаются. Стараюсь не предаваться мрачным мыслям, но они не покидают меня. Что, если она не откроет глаза? Что, если все мои старания окажутся безрезультатными? Что, если я не смогу ее спасти? Эти вопросы вертятся в голове, как темные тени, стремящиеся овладеть моими действиями.
Тем не менее, я отгоняю их, сосредоточившись на помощи Злате. Снова начинаю делать массаж сердца, стараясь не думать о возможных последствиях. Концентрируюсь на каждом движении, каждом прикосновении, каждом вдохе и выдохе. Время словно останавливается, и каждый миг тянется бесконечно.
Наконец, после нескольких ритмичных надавливаний Злата медленно приходит в себя. Она начинает откашливаться, и из ее рта вытекает вода, что вызывает у меня смешанные эмоции: с одной стороны, радуюсь, что она в безопасности, а с другой – меня терзает беспокойство о том, что ей пришлось пережить. Даже страшно представить, какой ужас она испытала. И как назло, меня не было рядом.
В моей душе зарождается желание просто прижать ее к себе и никогда не отпускать, чтобы ей не приходилось больше испытывать такого шока. Я хочу защитить ее от всех опасностей, окружить теплом и заботой.
Она открывает глаза, и меня охватывает чувство умиротворения. Сердце наполняется радостью и облегчением, как будто тучи рассеялись, и солнце наконец-то пробилось сквозь них. Я ощущаю, как напряжение и тревога медленно покидают мое тело, уступая место спокойствию. Сердце перестает колотиться в груди, и я вновь могу дышать.
— Маленькая моя, — шепчу, поглаживая ее щеки, — Ты в порядке. Дыши, милая. Я здесь.
В ее глазах вижу страх и испуг. Но когда они фокусируются на мне, ее взгляд становится спокойнее, и слабая улыбка обдает ее пухлые бледные губы.
Никогда не оставлю ее одну. Никогда. Буду всегда рядом, чтобы защитить и помочь ей в любой ситуации.
Это чувство становится моей новой реальностью.
Наклонившись, оставляю крепкий поцелуй на ее губах и обращаюсь к Ярославу, чей вид меня удивляет. Видимо, от сложившейся ситуации, я не заметил, что Яр стоит весь промокший. Его одежда прилипла к телу, а глаза кажутся усталыми.
— Пусть все свалят отсюда, — даю четкий указ и, подхватив Ангелочку на руки, пробираюсь сквозь толпу людей.
Она почти дрожит и крепко обнимает меня руками за шею, прижав лицо к груди.