Заметив усталость в темных глазах, Таппи спросила: — Роза, тебе удалось вздремнуть в машине?
Девушка покачала головой:
— Наверное, ты очень утомилась.
— Да, немного клонит в сон.
— Почему бы тебе не лечь в постель? Поспи до обеда. Может быть, и Энтони…
— Я не хочу спать, — торопливо возразил он. — Прилягу позже.
— А ты, Роза, ложись и отдохни. Миссис Уотти даст тебе грелку с горячей водой. А потом можешь принять ванну, если хочешь.
— С удовольствием, — призналась Роза.
— Вот и отлично. А теперь идите и съешьте по кусочку бекона, чтобы ублажить миссис Уотти, и скажите сестре Маклеод, что я готова завтракать. Еще раз спасибо вам обоим, что приехали, — сказала она им вслед.
Пробуждение было странным, кровать незнакомой, хотя и замечательно мягкой и удобной, карниз потолка тоже неузнаваемым, как и темно-розовый цвет задернутых штор. Еще не сориентировавшись в обстановке, Флора вытащила руку из-под одеяла и посмотрела на часы. Одиннадцать. Она проспала три часа. Она вспомнила, где она — в Фернриге, в Шотландии. Она — Флора, но сейчас она — Роза, невеста Энтони Армстронга.
Она познакомилась со всеми — с Изабель, с маленьким Джейсоном, с миссис Уотти, пышной, как свежеиспеченная булочка, и с ее мужем, садовником Уотти. Казалось, все рады ее видеть, и вовсе не потому, что она невеста Энтони. Разговоры были полны воспоминаний.
— А как поживает миссис Шустер? — спросила миссис Уотти. — Я помню, в то лето она каждый день приходила сюда за свежими яйцами, и Уотти давал ей пучок салата, потому что она говорила, что ни дня не может прожить без свежего салата.
А Изабель вспомнила о каком-то пикнике, когда было так жарко, что Таппи решила искупаться и одолжила у Памелы Шустер один из ее роскошных купальников.
— Она запретила нам смотреть на нее. Сказала, что в купальнике у нее неприличный вид, но на самом деле он ей очень шел, потому что Таппи всегда была стройной.
Энтони стал поддразнивать Изабель:
— Если Таппи запретила смотреть на нее, как ты узнала, что она хорошо выглядит? Ты что, подглядывала?
— Я следила, как бы ей не свело ногу судорогой.
Один Джейсон, к своему огромному разочарованию, не мог ничего вспомнить.
— Жаль, что меня здесь не было, когда ты приезжала в прошлый раз, — сказал он Флоре, глядя на нее с нескрываемым обожанием. — Кажется, я был где-то в другом месте.
— Ты был в Бейруте, — напомнила ему Изабель. — И даже если бы ты был здесь, ты мало что смог бы вспомнить, потому что пять лет назад тебе было всего два года.
