Внутри сводчатого зала холод и спокойствие зимней мглы. Дивные статуи из ледяных глыб теряют очарование перед властной белошапкой, которая подчеркивает скромность своего платья из серебряного шелка. Воздух наполнен ожиданием чего-то необычного, что вот-вот произойдет....
Внутри зашевелился червячок сомнения.
Чувства, которые я испытывал к этой милой парочке, сидящей со мной за одним столом, мне явно не свойственны. Я что, всегда такой трепетный и щепетильный? Не припомню за собой такого.
О-о-о. М-да, я за собой в данное время вообще ничего не припомню.
И всё же! Ирина и Полина, обе такие милые, хрупкие, светлые…
Светлые?!
Я сижу в компании светлых и ем их еду?!
Кажется, в бездне перевернулись все демоны, а извергающие лаву горы потухли.
— Дядя. Дядя… Дядя…. Дядя! Отомри же!
— Что? — Я перевел взгляд на девчушку.
— Дядя, ты чего застыл с чашкой у рта? Тебе невкусно чай? А хочешь, я маму попрошу сделать тебе какао? Я люблю.
— Чай? — посмотрел на застывшую в воздухе руку. Задумался и не донес чашку до рта. — Скажите, вы светлые?!
—Мы? — Женщина с удивлением посмотрела на дочь. — Ну да, это наш родной цвет волос. Поля в бабушку пошла, совсем светлая блондинка, как видишь. Но, скорее всего, немного потемнеют волосы, когда она подрастет. Так часто бывает у детей.
— Я определенно не про волосы.
— А про что? — моргнула она.
— Мам, он же инопришеленец. Ты забыла? Но не с другой планеты, как я сначала думала, а из мира магии. У них там зомби водятся. А он некромант. Мы ведь тебе утром говорили. Ты постоянно всё забываешь!
— Не совсем уверен, что я именно некромант, — прислушался я к себе. — Хотя мне подвластно то же, что и им.
Да, несомненно. Я могу практически всё свойственное этим специалистам, но по факту не являюсь одним из них.
— Но зомби я совершенно точно убивал.
— Вот! Мам, мам, мам! Прикинь, он маг! Ой, я не могу! Завтра все в группе умрут от зависти, когда я им расскажу! — захлебываясь эмоциями, тараторила девчушка.
Я пытался осознать новые факты о себе. Ребенок был вне себя от восторга. Ирина задумчиво рассматривала меня, покачивая опустевшую чашку. Вроде и не удивилась. Смотрит с неким ожиданием, как на диковинку какую-то.
Неприятно ощущать себя диковинкой. Да и диким, что уж там.
Пока разобрался в этих их артефактах, чтобы сходить по нужде и помыться… А эти живые картинки, которые мне показывала Поля?
Кстати о них.
— Ирина, что ты решила насчет «снежного демона»? Я не он, говорю сразу. Но если нужно изобразить… Я притворюсь. Ты будешь рисовать?
— Что? Я не… Ах это! — Она рассмеялась. — Столько всего сразу, я не успеваю за ва́лом происходящих событий. Да, было бы неплохо. Но я подумаю и составлю проект, что нужно из декораций. Прикину, где и как.
