Лизавета и Галлея осторожно выбираются из затертых под стражу покоев принцессы. В свете предстоящего бедствия каждое слово имеет значение. Они скользят по просторным, почти незамеченными коридорам, где неслышные шаги возвращают их к тайне подарка для герцога. Здесь царит строгость и молчание, но есть надежда – под защитой гравированных дверей и затаенных слухов — вернуться домой....
– Если в столице станет безопасно, Гала вернется к учебе, – пробубнила я и осеклась.
Ох, батюшки, а о наказании для принцессы герцог пока не заикался. Отпустят ли ее в академию?
– Если тебе нравится в академии, можешь тоже вернуться к учебе, – великодушно предложил Габ. – Как я понял из письма тэра Вольгана, до моего приезда тэйра Барнс имела другую внешность… Менее рыжую и более голубоглазую.
Вернуться к учебе.
Выглядело как щедрость. Прямо шубка с барского плеча… Не запер, учиться позволил, с подругой не разлучил.
Мне бы радоваться, а отчего-то так досадно и горько стало. Будто луковицу целиком зажевала, и без соли.
– А ты… вы… к Сиелле?
Теперь и не поймешь, «ты» он мне или снова «вы». Нос щекотало обидой на мироздание.
Габ отвернулся и, увлеченно натягивая на тело рубашку, пробормотал:
– К Сиелле, Миране, Катриссе – какая тебе разница?
– А если есть разница? – прошептала еле слышно."
"Если петелька на ладони, обрамленная брачным серебром, жжется немыслимо? Если в груди дыры ноют, ребра стонут, как старые, ветхие сучья?
– Поверь, Ализа, в твоих интересах держаться от меня подальше, – отрезал Габ, не оборачиваясь.
– В Сатаре везде неспокойно!
– Учись, общайся с подругами, живи… Живи, – продолжал он, не слушая. – Нуждаться ни в чем не будешь, я позабочусь. Направлю ректору бумагу о том, что корона готова оплачивать любые твои счета в академии. Сможешь выбрать факультет по душе.
Я вроде бы неотрывно глядела на его прямую спину, но умудрилась пропустить момент, когда рубашку накрыл мундир. Ко мне Габ развернулся уже застегнутым на все пуговицы, отчего мой растрепанный вид стал смотреться жалко. Как разоренный праздничный стол наутро после разухабистого застолья.
– О Галлее я тоже договорюсь, – добавил, помяв пальцем подбородок. – Принцесса не должна притворяться неллой, чтобы получить знания.
– Ты ее не накажешь? – уточнила я с надеждой.
– Я еще не решил. Все слишком быстро открылось, – помялся Габ и яростно разлохматил волосы. – Где она вообще, демоны ее раздери?
Я старательно прожевала и проглотила ответ. Мотнула головой – мол, понятия не имею. Возможно, тоже требует с кого-нибудь компенсацию в заметенном снегами домишке.
– Катается где-то на своей Звездочке, – уклончиво промычала я. – Наверняка уж вернулась.
