В темной ночи, когда вы подозреваете зловещие, и видите котиков чертить пентаграмму — это сигнал для быстрого эvasии. Ваш герой стоит, ошеломленный, как удило в руках: стояние двух здоровенных котов на четвереньках с явной помешенностью и странными завываниями. Неужели этот ночной кошмар реален?...
А сейчас вот, стою тут и улыбаюсь как дура, спрятав лицо на мужской груди.
Впрочем, стояли мы так недолго. Про субординацию и все такое прочее ректор все же вспомнил первым. С явной неохотой отпустил меня, мельком глянул на мою расстегнутую блузку и на его щеках вновь заходили желваки. А я покраснела, прикрыла белье и принялась торопливо застегиваться.
В углу зашевелилось тело. Леон приподнялся на локте, перевел нечеткий расфокусированный взгляд с меня на ректора и обратно. В его глазах явно плескался ужас.
Похоже, я нажила себе кровного и непримиримого врага.
ГЛАВА 10
Впрочем, разговор на этом не закончился. Что-то, а убийственные взгляды ректору давались на все сто.
- Она моя элейн, а ты совершеннолетний, - громко и четко сказал Адриан, гневно глядя на старшекурсника. - Еще раз увижу тебя возле этой девушки, вызову на ритуальный поединок и убью. Ясно? А сейчас, убирайся отсюда.
Глаза Леона вдруг стали размером с царские пятаки, он дернулся, попытался что-то промямлить:
- Но ректор…
- Я сказал: пошел вон!!!
Леона буквально вынесло прочь из комнаты, как он был в один трусах.
Я почувствовала себя неловко под пронзительным взглядом темных глаз дракона, в которых попеременно зажигался и гас золотой огонь. Так, словно на мне вовсе не было никакого белья. Хотя пять минут назад Леон меня не смутил куда более неприличными вещами.
- Освободите его? - я смущенно кашлянула и торопливо перевела стрелки на собаку.
Адриан лишь кивнул и щелкнул пальцами. Воздушный пузырь лопнул и чихуашка мягко спланировала на пол. Но стоило ему встать на все четыре лапы, как Нельсик открыл у себя второе дыхание, заливисто залаял и с рычанием стал тянуть ректора за штанину.
- Можно его как-то успокоить? - поморщился мужчина, стоически делая вид, что так и должно быть.
- Ну, это шумная порода с властным характером, тяжело поддаются дрессировке, - припомнила я описание из какой-то кинологической статьи, и подхватила Нельсика на руки, поглаживая между ушек.
- Это ты о себе? - иронично приподнял бровь ректор.
Я только фыркнула в ответ. Ишь, шутник!
Где-то далеко в коридоре раздались голоса и взрывы хохота. Я бросила взгляд на болтающуюся на соплях дверь, разбросанные книги и поежилась. Вряд ли то, что здесь произошло нормально. И сомневаюсь что за такое обычно гладят по головке.
