Обычно мы приезжали в город и уезжали из него как можно быстрее. Мне не нравилось вступать с клиентами в тесные отношения. Это вело к более глубокой вовлеченности в их проблемы, что означало беду. Я быстро пообещала себе, что больше так поступать не буду.
Хотя Фред Харт так и остался отстраненным в маленькой толпе, старшие Моргенштерны решили, что должны позаботиться обо мне. Так как Бен и Джуди настойчиво тащили меня с братом от гостя к гостю, не было никакой возможности избежать знакомства со следующим человеком в этом туре.
— Это Фелисия Харт, бывшая невестка нашего сына Джоэла, — сказала Джуди, в ее голосе прозвучали легкие прохладные нотки. — Дочь Фреда.
— Первая жена Джоэла, Уитни, была просто прелесть, — сказал Бен, и это было одним из способов дать понять, что сестра Уитни вовсе не прелесть.
Здесь определенно имели место неприязненные отношения. Что же такое могло произойти, чтобы старшие Моргенштерны так невзлюбили Фелисию?
— Мы знакомы с Фелисией, — сказала я, и в тот же самый миг та произнесла:
— Конечно, я видела Толливера и Харпер в их отеле, — и с идеальным апломбом пожала нам руки.
Но ее глаза не были столь же нейтральными, как ее манеры. Я считала, что ей все равно, увидит ли она меня сегодня, но ожидала от нее сильной реакции при виде Толливера. Я думала, ей будет приятно с ним встретиться.
Вместо этого я бы классифицировала ее реакцию как вулканическую или «огонь под пеплом».
Не: «Возьми меня за руки и давай прыгнем в вулкан любви», а скорее: «Позволь мне столкнуть тебя в жидкую лаву».
Я начала медленно закипать. Что с ней такое? Может, она воображала, что Толливер расскажет об их прошлых отношениях перед ее отцом, а может, как Дэвид, считала, что нам не место на семейном сборище. Впрочем, она уже не имела особых прав считаться членом теперешней семьи Джоэла. Если все и впрямь так, как ей не стыдно? Если Толливер был Достаточно хорош, чтобы лечь с ним в постель, он Достаточно хорош и для того, чтобы преломить хлеб с ее близкими. Но как только я напряглась, собираясь сказать что-то резкое, Толливер сжал мою руку.
Я тут же расслабилась. Брат ясно давал мне понять: Фелисия — его проблема.
Поболтав немного с подругами Дианы Эстер и Самантой, я попыталась найти местечко, где можно было бы укрыться. Не потому, что эмоциональные завихрения опустошали меня, просто у меня болела нога. Ее покалывало, она была слабой, как будто в любой момент могла отказать.