Автор
Капитан полиции Юрий Бурлак отправляется в 1912 год по заданию ФСБ. На этот раз его миссия становится судьбоносной: он должен предотвратить события, которые изменят ход истории. В прошлом его ждут опасные встречи, тайны и выбор между долгом и личными чувствами.
Раздел Chitat.online для книги «Подельник века» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Капитан полиции Юрий Бурлак отправляется в 1912 год по заданию ФСБ. На этот раз его миссия становится судьбоносной: он должен предотвратить события, которые изменят ход истории. В прошлом его ждут опасные встречи, тайны и выбор между долгом и личными чувствами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Николай Свечин Легкое чтение Детективы Исторические детективы подборки серии
Капитан полиции Юрий Бурлак отправляется в 1912 год по заданию ФСБ. На этот раз его миссия становится судьбоносной: он должен предотвратить события, которые изменят ход истории. В прошлом его ждут опасные встречи, тайны и выбор между долгом и личными чувствами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Чтобы от нее избавиться, даже помотал головой – в то время, пока поднимались по лестнице.
– Как самочувствие? – тут же справился губернский секретарь.
– Великолепно… Продолжим обыск в доме?
– Не надоело еще?
Ратманов усмехнулся – не на того напали! Он привык доводить начатое до конца:
– Вот когда снимем все вопросы, тогда и закончим.
– Думаю, Корнилов тоже не дурак…
– Не дурак, конечно, точно не дурак! Но в будущем и не таких раскалывали…
– Тогда валяй, весь дом в твоем распоряжении.
– Правда? А ты? Не поможешь?
– Я умываю руки и… в душ.
– Душ? В начале двадцатого века? – Ратманов скептически сморщил лицо.
– Да, душ. Здесь все по последнему слову техники.
– Ну да, ну да.
– Не буду тебе мешать, а ты не мешай мне.
– Лады. Иди мойся. С легким паром!
Ратманов воспользовался образовавшейся паузой, чтобы облазить буквально весь дом. Даже на кухню забрел и перекинулся парой слов с прислугой. Впрочем, не стал там особенно жестить. Все же он числился гостем, и привлекать к себе излишнее внимание, вызывая подозрения еще и в собственный адрес, в его планы не входило. Он лишь спросил кухарку:
– А Игорь Иваныч, то есть Викентий Саввич часто к вам заходят?
– Игорь Иванович? Не знаем такого. А Викентий Саввич все больше у себя-с, наверху-с.
– Понятно. Ну, извините за беспокойство.
– Ничего-с. А ежели хозяин прикажет, мы и здесь накроем, и туда вынесем, где скажете-с.
– Понятно. Спасибо.
– Вы только не волнуйтесь!
– А я и не волнуюсь! – Ратманов инстинктивно ощерился и лишь потом сообразил, что его ни в чем не подозревали.
– Ну вот и хорошо…
«Милая женщина… Которая никогда не видела Игоря Ивановича или просто не говорит об этом. Хотя по первому впечатлению – похоже, что не врет», – подумал он."
"Напоследок Георгий снова засел за бумаги начальника. Доносы, незначительные подношения, хозяйственные вопросы, письма родне в Ярославскую губернию, пословицы и поговорки… Все тот же «Ворон ворону глаз не выклюет, а и выклюет, да не вытащит», да еще и по нескольку раз на одном листе. Фу, о чем он только думал… Вернее, о ком.
А вскоре и сам Викентий Саввич пожаловали-с из душа-с. Чистыми, преисполненными сил и даже с шуточками, что за новым Двуреченским водилось не так часто, как за старым.
– Ну что, поймал дезертира? Стоило тебя одного с ним оставлять?
– Не поймал. Пока. Вдвоем управились бы быстрее… – пробурчал Жора.
– Ну, извиняй… Я вообще на такую работу не подписывался!
Ратманов кивнул и замолчал. Других планов на вечер, кроме как вывести на чистую воду Двуреченского, у него не было.
Зато были у чиновника для поручений. Тот быстро сообразил на двоих, достав откуда-то штоф с водочкой и пару бутылей с другими напитками, а также поднос с икорочкой и иной щедрой закуской начала XX века.
