Новоиспеченный полковник Зиновьев отправился на пост главного инженера одной из боевых групп. Начинается его взросление в мирной, но все еще опасной атмосфере подготовки и ремонта боевой техники. Здесь он столкнется с новыми вызовами и узнает о том, что за кажущейся спокойной оболочкой скрываются сложности, требующие от него не только навыков управления, но и деликатного балансирования между государственной службой и собственным выбором жизненного пути....
Вот я пол года носился по заводам, ругался с конструкторами и министрами, жаловался Сталину, грозился страшным Берией, организовал работу кучи танковых заводов и что? И ничего, только начали серийно производить легкий танк, как Мариупольцы научились штамповать корпуса танков на гидропрессах и делать свои бронебутерброды из корабельной стали, ведь это скачек в технологиях, а я его не заметил. А Сталин заметил, он своим приказом эту технологию на все заводы внедрил, и мы получили почти массовое производство легких танков и бронетранспортеров.
Я хотел закопать все снятые с модернизируемых танков Т-26 пулеметные башни в виде огневых точек на границе, а Сталин приказал все 2600 снятых пулеметных башенок с танков Т-26 поставить на легкие разведывательные двухосные броневики.
— Да слышал я эту историю — отмахнулся Петровский — а еще я слышал, как Сталин замнаркома по авиации Локтионова на пенисе катал.
— Вот я и говорю, что мы не видим экономику государства в целом, так верхов нахватались и лезем со своими советами, а люди считать умеют, и думают более масштабно.
— Да ты прав Николай Иванович — сказал Петровский — мы тут все же лишние. Вот ты железками пол года занимался, я боевой подготовкой, а тыловик наш Евсеев всё по заграницам катается.
