Новоиспеченный полковник Зиновьев отправился на пост главного инженера одной из боевых групп. Начинается его взросление в мирной, но все еще опасной атмосфере подготовки и ремонта боевой техники. Здесь он столкнется с новыми вызовами и узнает о том, что за кажущейся спокойной оболочкой скрываются сложности, требующие от него не только навыков управления, но и деликатного балансирования между государственной службой и собственным выбором жизненного пути....
Начальник артиллерии передал команду на пункт управления артдивизиона и через пару секунд послышались тяжелые залпы гаубичных орудий. Уже через час синие точки стали отползать от вала, а к утру непонятное наступление остановилось. Высланная разведка доложила, что часть техники брошена экипажами, а в полях валяется огромное количество раненных красноармейцев.
— Виктор Анатольевич — обратился комбриг к начальнику штаба — выйдите на частоте их штаба и передайте, что мы знаем координаты всех командных пунктов.
Странная ночная война закончилась полным разгромом противника. С нашей стороны бой вели не более роты мотострелков на БМП-2 при поддержке танкового взвода, что занимали позиции дежурных огневых средств, артиллерия и снайпера с тепловизорами.
Пограничный наряд ""Часовой на участке границы"" в составе сержанта Подопригора и рядового Истомина охраняли порученный участок советско-эстонской границы. Вдруг послышался слабый звон консервных банок. Подопригора дважды щелкнув пальцем, подал сигнал ""внимание"". Истомин поудобней перехватил винтовку и медленно стал продвигаться вдоль колючей проволоки, прикрывающей подступы к государственной границе, что проходила вдоль контрольно следовой полосы.
Через десять минут два пограничника услышали тяжёлое дыхание бегущих впереди людей. Подопригора кинулся на перехват, а Истомин, сменив направление начал обходить нарушителей с лева.
Вдруг ночную мглу разорвала пулеметная очередь, после чего сержант заскулил. Тихо как то, как скулит умирающий щенок, а потом боль обожгла грудь второго пограничника, но старший пограничного наряда успел произвести выстрел по вспышке.
Когда прибыла тревожная группа, Истомин был еще жив, а вот сержант Подопригора уже умер, получив три пули в грудь. Следы нарушителей вели в сторону Эстонии.
