Автор
В МАКСИМ - кабинете бывшего босса - происходит хаос. Недовольная секретарша требует объяснений, когда в приемной начинают вопить. Кто-то дерзко орет в кабинетах этого влиятельного человека. МАКСИМ не знает, сбежит он или вызовется полиция, пока это продолжается.
Стал ещё более нежен и довольствовался только скромными поцелуями.
А когда между нами всё стало совсем нескромно, то он нарушил правило ""подарки на тысячу"" и прислал целую охапку белоснежных роз и кулон — две половинки разбитого сердца.
""Моё сердце в твоих хрупких руках. Держи крепко — не разбей.""
Тогда мне казалось, что я — самая счастливая девушка в мире. Ведь сумела завладеть таким сокровищем!
Не кулоном из драгоценного металла с бриллиантами… а этой запиской!
И сердцем любимого человека…
Глупая девчонка… я не знала, что не за каждой красивой фразой стоят настоящие чувства!
Горечь разочарования, наконец-то возвращает меня в реальность.
Неимоверным усилием я нахожу в себе твёрдость и отстраняюсь.
Давлю ему на грудь из всех сил и отодвигаюсь как можно дальше.
Ненавижу его за эту странную власть над моим телом. Над разумом… Я будто заколдованная змейка — против воли извиваюсь под флейту факира. Позабыв обо всём, позволяю ему куда больше, чем следует.
— Максим, — сцепляя зубы, цежу я. — Прошу! Не трогай меня!
Кажется, что я подошла к какой-то невидимой грани. И если он сейчас надавит сильнее, то я просто тресну и разлечусь на тысячу осколков!
— Ты знаешь, чего я хочу! — упрямо говорит он.
Руки сами сжимаются в кулаки, а тело действует, не успевая посоветоваться с разумом.
Резко сгибаю ногу в колене и…
Мой босс тоже сгибается пополам… от боли!
— Нравится, когда я злюсь? — спрашиваю, отталкивая его от себя.
Я не успеваю договорить, потому что в дверь кабинета кто-то стучит.
Пользуясь тем, что Черкасов всё ещё не пришёл в себя, пулей вылетаю вон.
За дверью стоит его невеста.
Её глаза как чайные блюдца.
— Какого… — поражённо начинает она, пока я мчусь мимо неё в уборную.
Ничего не обязана ей объяснять! Пусть Черкасов сам разбирается с этой припадочной!
Это не моя драма! Больше не моя!
МАКСИМ.
— Милый, что происходит?
Только её тут не хватало! Стою согнувшись пополам, пытаясь вдохнуть.
— Она что? Она тебя ударила?
Ага, по моим драгоценным «фаберже»! И ответит за это! Несколько глубоких вдохов. Боль слегка отпускает, а вот ярость и злость — нет!
И выместить их есть на ком!
— Марьяна, я не помню, ты у нас числишься в пиар-отделе, или в бухгалтерии?
Видимо, моё неожиданно проснувшееся чувство юмора вводит невесту в ступор.
— Максик, что с тобой?
— Я не Максик, со мной все в порядке.
