Подкидыш для депутата. Выбор сердца — читать онлайн бесплатно полностью

Видимо, Герман Алексеевич успел рассказать ему свою версию развития событий и настроить против собственного сына. Да и мне Николай явно не рад, судя по насупленным бровям и стиснутым губам.

Импульсивно беру Диму за руку в поисках защиты, хотя помню, как он отстаивал Емельяненко, искренне считал его другом. Тем не менее, продолжаю судорожно сжимать ладонь единственного мужчины в этом доме, которому могу довериться."

"— Кать, иди наверх, — наклоняется к моему уху и добавляет еле слышно. — Детская Маши рядом с моей спальней. Думаю, ты не забыла, где, — одной фразой заставляет меня покраснеть.

Но смущение улетучивается, как только я осознаю, что скоро увижу Машеньку. Не могу скрыть улыбки и едва сдерживаюсь, чтобы не обнять Диму из благодарности. Однако понимаю, что не следует акцентировать внимание Емельяненко на… нас.

Опускаю взгляд, сипло произношу короткое «да» — и, стараясь не смотреть на мужчин в гостиной, быстро направляюсь к лестнице. Забыв об осторожности, взлетаю по ступенькам, желая как можно скорее обнять мою малышку. В какой-то момент оступаюсь и хватаюсь за поручень, восстанавливая равновесие.

— Кать! — летит мне в спину. — Не беги, — говорит Дима тихо и взволнованно.

Оглядываюсь, посылаю ему теплую улыбку, киваю чуть заметно и замедляюсь. Но иллюзию сказки мгновенно разрушает опасный, пронизывающий до костей взгляд. Боковым зрением замечаю, как внимательно Емельяненко оценивает меня. Чувствую, что он ликует. Невинный эпизод, демонстрирующий Димину заботу, явно ему по душе.

Решаюсь мельком посмотреть на Германа Алексеевича: расслабленная поза, насмешливое лицо, кривая ухмылка на губах, вздернутая бровь. Из моей груди вырывается слабый стон. Не нужно быть предсказательницей, чтобы понять: Емельяненко только что придумал очередной план устранения Димы, и главная роль в новом спектакле явно будет отдана мне.

Переключаю внимание на Щукина-старшего и теряюсь под его презрительным взглядом. Наверное, он воспринимает меня, как уличную девку, что забралась в постель к его сыну, окрутила несчастного, «повесила» на него ребенка. И все беды Димы — исключительно от меня! Уверена, на мнение Николая успел повлиять Емельяненко.

Нервируют эти Щукины! Как можно не видеть, насколько подлый и двуличный их «обожаемый» Герман Алексеевич!

Исподлобья смотрю на Диму, а он лишь указывает взглядом наверх. Сам же складывает руки на груди и готовится к серьезному разговору. Не знаю, чем он закончится, однако не ожидаю ничего хорошего. Сейчас для меня самое важное — это Машенька.

Поэтому, вздохнув тяжело, направляюсь в детскую. Хочется ускорить шаг, в пару прыжков преодолеть проклятые ступеньки — и обнять, наконец, мою малышку. Но в голове крутится предостережение Димы.