Автор
В частном пансионате захаживают люди высокого социального статуса, и Нина их просто и непринужденно преобразила. Но она сама не догадывается о том, что привлекает внимание, пока сидя за чашкой кофе я ей подминаю грехи. Эта встреча сразу заложила основу для сложной драмы между обольстительным мужчиной и воспитанницей пансионата....
Сейчас не до секс-игр и удовольствий, работает как может и где может, обещали серьезный проект. Дай Бог, скоро выползем из долгов, знаешь как я устала собирать копейки на минимальное? В глаза стыдно детям смотреть.
Вспоминаю Анютку и ее поцарапанные сандалики, и сердце щемит. Скорее бы уже встать на ноги и начать нормально жить. Я давно не мечтаю о богатствах, не вспоминаю нашу прошлую жизнь, где был загородный дом, два дорогих внедорожника, отдых за границей по пять раз в году. Просто хочу обыкновенный среднестатистический доход, без изысков и долгов, а не лавировать на грани существования.
"Да, безусловно, бывают просветы, месяц на месяц не приходится, но эта нестабильность – самое страшное, что может быть для женщины. Я никогда не знаю, что преподнесет завтрашний день.
- Пойдем суши поедим, я угощаю, - предлагает Аркадий, - показывая рукой на соседнее японское кафе.
- Я не голодна, - вру ему. Хватит того, что купил детям обновки. Клянчить деньги или давить на жалость – не по мне.
- Ладно. Когда вернешься из пансионата, обязательно набери, я буду волноваться, - приближается ко мне и обнимает. А потом… неожиданно целует в щеку, ближе к шее, разворачивается и уходит.
От такого, казалось бы, банального жеста, я впадаю в ступор. Аркадий никогда не позволял себе подобного поведения, и вряд ли это нормально, учитывая, что я замужем, а Мирон ревнив до чертиков. Вместе с тем я ощущаю от Аркаши новую эмоцию, и мне кажется, что я интересна ему не только как друг.
Отгоняя ненужные мысли, и ужасно смущаясь, я возвращаюсь домой и готовлю ужин. Мирон сидит на диване и бурчит, что мой пансионат совсем не в тему и лучше бы он поработал, а не торчал в четырех стенах, пока я буду отлеживать среди буржуев бока.
Молча продолжаю нарезать морковь, понимая, что сейчас лучше не отвечать. Решение дает положительные плоды, и уже через минут пятнадцать он подходит и обнимает меня сзади.
- Нинок, ты прости меня и мои возмущения, просто я скучать по тебе буду.
Уже через пять минут мы оказываемся в постели, и Мирон получает желаемое. Грубо, резко и непривычно холодно со мной обращаясь. Его новые манеры в интиме сбивают меня с толку, и я пытаюсь найти причину смены поведения в себе.
