Автор
В частном пансионате захаживают люди высокого социального статуса, и Нина их просто и непринужденно преобразила. Но она сама не догадывается о том, что привлекает внимание, пока сидя за чашкой кофе я ей подминаю грехи. Эта встреча сразу заложила основу для сложной драмы между обольстительным мужчиной и воспитанницей пансионата....
Нет терпения и сил ждать, последние новости о муже шокируют, но теперь я испытываю что-то наподобие азарта – хочу знать о Мироне все. Пришло время открыть глаза на его истинное лицо.
- Как я и предполагал, «ТандемПро» принадлежит отцу по законной и чистой сделке. А вот что касается вопроса почему и как фирму выставили на продажу - другой разговор. Начнем с самого начала, Фролов Мирон Аркадьевич крутил направо и налево романы, совершенно не расставляя границ.
- У него имелись любовницы? – произношу ледяным голосом. Похоже я изначально была с лапшой на ушах и верным в браке супруг никогда не был.
- Не удивлена, - бросает реплику Даша, - вот же Дон Жуан.
- В то время организация работала с серьезным клиентом, Иваном Георгиевичем, властным и жёстким, - продолжает Глеб Денисович. – Так вот Фролов закрутил с его женой интрижку, совершенно не думая о последствиях. Как понимаете, сколько веревочке не виться… Застукал Ваня супругу и вашего любимого в моменте, как говорится. Огромные суммы, которые мужик вкладывал в бизнес были изъяты.
- Еще бы, не он же поднимал дело, не он начинал, не жалко, видимо. А я то развесила уши, дети маленькие были, не до разборок, ничего не стала проверять. Рейдеров приплел, фразами красивыми бросался и строил из себя жертву.
- Играть Мирон умеет, не отнять, - пытается оправдать мою глупость Даша.
- Отжав «ТандемПро» Иван не стал заниматься раскруткой предприятия, выставил на аукцион для продажи, где организацию приобрёл мой отец. Ныне она принадлежит ему и не имеет никаких мошеннических схем по захвату, папа купил честно и за кровные.
- Я в шоке, не могу поверить, что наша семья лишилась всего только потому, что Мирон изменял и удовлетворял свои желания на стороне, - говорю и испытываю дикую горечь.
Какой же он мерзкий. Как я жила с ним столько лет? Ничего не видела, не замечала, верила каждому слову? Считала, что не повезло Мирону, но все исправимо.
Очень жаль, что я не могу убить его. У меня дети, ответственность и обязательства перед ними. Плевать, что муж их отец, сейчас я ненавижу Мирона так, что готова вонзить в спину нож по самую рукоятку, как это сделал он, только морально.
