Героиня вынуждена выйти замуж за жестокого и властного мужчину, требующего от нее единственного — подарить ему наследника. В условиях насилия и унижения она должна найти способ выжить и, возможно, восстать против тирана, который считает ее своей собственностью.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Героиня вынуждена выйти замуж за жестокого и властного мужчину, требующего от нее единственного — подарить ему наследника. В условиях насилия и унижения она должна найти способ выжить и, возможно, восстать против тирана, который считает ее своей собственностью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героиня вынуждена выйти замуж за жестокого и властного мужчину, требующего от нее единственного — подарить ему наследника. В условиях насилия и унижения она должна найти способ выжить и, возможно, восстать против тирана, который считает ее своей собственностью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Подонок, ты будешь думать, что меня больше нет. Книга 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Как же неистово я в данный момент ненавидела Оттавию.
— С*ка, — гневно прорычала, поднимая голову. Сейчас больше всего на свете хотела к чертям вырвать все ее волосы и от души пожелать гореть в аду. Я обернулась к полкам. Хотела швырнуть какую-нибудь вещь Буджардини, таким образом, вымещая хотя бы каплю гнева, но заметила, что в ванной не было ни одной ее вещи. Ни шампуня, ни зубной щетки, ни халата.
Я вновь пошла в спальню, но уже лишь для того, чтобы взять ножницы. После того, как вернулась в ванную, опять встала перед зеркалом и начала отрезать оставшиеся длинные пряди. Оттавия отрезала не все волосы. Маникюрными ножницами это невозможно сделать, но, наверное, где-то две трети моих волос теперь все же лежали в спальне на полу. У меня не было другого выбора. Я сама дорезала остальную часть, чувствуя, что с каждой отрезанной прядью сердце начинало все сильнее ныть.
Закончив, я опять посмотрела в зеркало. Волосы, короткими кудряшками, еще сильнее торчали в разные стороны. Я сама себя не узнавала.
Через какое-то время в комнату зашла та короткостриженая служанка. Кажется, ее звали Лучианой. Во всяком случае, Оттавия называла ее именно так. Эта девушка, избегая смотреть на меня, опустилась на пол и начала собирать мои волосы в пакет. Лишь, когда я уже открыла дверь и собралась выйти в коридор, она обратилась ко мне:
— Простите… Синьорина Буджардини просила передать, чтобы вы шли на кухню помогать поварам, — было видно, что Лучиане неловко мне это говорить.
Я ничего не ответила. Вышла из спальни, но на кухню не направилась. В этот момент как раз к дому Медичи подъехали машины представителей Каморры. Остановившись в коридоре и будучи незаметной для остальных, я наблюдала за тем, как все они заходили в дом и Оттавия радостно приветствовала гостей. Еще одно тошное для меня зрелище.
После того, как холл опустел, я вышла на крыльцо и села на ступеньки. Идти дальше мне было запрещено. С одной стороны, сейчас мне было плевать на все запреты. А, с другой стороны… Нет, тут была только одна сторона — первая. Пошло все к черту.
Будучи одетой лишь в юбку и майку, я подрагивала от холода, но продолжала сидеть на влажном после дождя мраморе. Мысленно раз за разом проклинала Винченсо. Я ненавидела его еще сильнее, чем Оттавию. Именно Медичи самая настоящая тварь. И, если у меня к нему ранее оставались хоть какие-то капельку не негативные эмоции, оставшиеся во мне после четырех лет нашего знакомства, то после сегодняшнего дня они испарились.
Какая же он мразь… Из постели любовницы, сразу в постель невесты. Или же, наоборот, он приходил ко мне после Оттавии.
Мне стало тошно от этих мыслей.
Винченсо хорошо устроился. Может, у него на стороне было еще несколько любовниц. А я все думала о том, что им нельзя изменять своим женам.
