Подруга особого назначения прячется в тени обычной женщины, пока несчастный случай раскрывает ее истинную роль. Внезапное превращение обычной жизни в роковую смену оставляет героиню на грани между жизнью и смертью, заставляя задуматься о настоящей силе дружбы и верности....
— Я хотел без театрализованных представлений, — сказал он непонятно, — репутация, доверие и все такое. Но раз уж ты… нашла, и без меня, черт с ним, пусть будет представление!
— Какое представление? — перепугалась Варвара.
— Такое. — Он еще раз ее поцеловал и выхватил мобильный телефон.
— Виталик, — интимно позвал он, когда ответили, и Варвара поняла, что он звонит Аксюте. — Я у тебя в конторе. Ты где? Приезжай, мне нужно кое-что прояснить. Желательно в твоем присутствии. Нет, я буду у Альбертика. Давай. Жду.
— Ку… куда?
— Туда, — он ткнул рукой в сторону ее приемной. — Аксюта сейчас приедет. Посидим, поговорим.
Волоча ее за руку, он пошел по коридору, доберманы бросились вперед, и дверь успели открыть и придержать перед ним, и вся процессия вновь ввалилась в приемную, посреди которой в явном помрачении ума все еще стояла троица — шеф и две сказочной красоты молодые дамы.
Увидев Ивана, шеф отступил назад и изменился в лице — который раз за этот вечер?
— Я передумал, — объявил Иван, — нам и вправду нужно поговорить.
Уже когда-то был этот старик, и этот тон, раздраженно-веселый, и Варвара улыбнулась тихонько.
Ни на кого не глядя, Иван первым зашел в кабинет, и за руку втащил за собой Варвару, и усадил на белый диван, и сам устроился рядом.
— Коля! — крикнул он в сторону приемной. — Сейчас Аксюта приедет, пропустите его.
— Да, Иван Александрович.
— Виталий Николаевич? — пролепетал шеф. За его плечом маячили бледные лица красавиц, как две луны.
Один из каменнолицых посмотрел на Ивана, и тот кивнул. Каменнолицый зашел в кабинет и остановился у двери, глядя в пространство, как сфинкс.
«Сфинкс сфинксу рознь, — подумала Варвара, — вот этот — настоящий, а не какой-то там поддельный».
Наверное, от всех сегодняшних событий у нее тоже случилось помрачение рассудка, как и у ее шефа. Пардон, бывшего шефа. Кажется, он только что ее уволил.
— Садись, Альберт Анатолич, — разрешил Иван, — а вот девушка нам чаю сделает, цейлонского, не сушеного.
Она молчала. В конце концов, она никогда раньше не пробовалась на главную роль в голливудском шоу, зато Иван наверняка!
— Значит, чаю. Мне лимон, если можно. Варваре тоже лимон.
— Конечно-конечно, — проблеяла Илария. Губы у нее тряслись.
— Я думаю, что ту девушку, — кивок в сторону Владиславы, которая все никак не могла закрыть рот, — мы можем отпустить.
