Подруга особого назначения прячется в тени обычной женщины, пока несчастный случай раскрывает ее истинную роль. Внезапное превращение обычной жизни в роковую смену оставляет героиню на грани между жизнью и смертью, заставляя задуматься о настоящей силе дружбы и верности....
…Почему, черт возьми, пионов?! При чем тут пионы?! Права была бабушка Настя — «беда с девкой».
«То есть со мной. Со мной, с Варварой Лаптевой, а вовсе не с Иларией Ветлинской».
В повседневном общении Иларию необходимо было называть Лара, так она всем велела, как только пришла на работу.
— Со мной все в порядке, Лара. — Варвара проворно повесила в шкаф Димкину куртку, забежала за ширмочку, в «хозяйственный отсек», и включила чайник. — Спасибо. Прошу прощения за опоздание, но ко мне из Америки приехал… друг.
«Вот так. И пусть знает, что у меня тоже может быть „друг“, да еще в Америке».
Илария слегка засмеялась.
— Ну конечно! — обидно сказала она. — Я даже собиралась вам звонить на мобильный, чтобы выяснить, где это вы пропали, а потом вспомнила, что у вас нет мобильного.
— Нет, — согласилась Варвара.
— Очень жаль. Вы уже готовы работать? У меня куча дел, я не могу весь день просидеть на вашем месте.
«Ты доставила мне массу неудобств, — вот что это означало. — Ты опоздала — да, да, на целых пятнадцать, нет, почти шестнадцать минут и заставила меня заниматься твоими делами! Можешь начинать оправдываться.
Оправдываться Варвара не стала.
Может, потому что сегодня утром к ней приехал из Америки Димка, может, потому что всю дорогу она чувствовала себя необыкновенно стильной в его куртке или потому что знала совершенно точно: Илария торчала в приемной вовсе не для того, чтобы грудью закрыть амбразуру — пустующее секретарское кресло, — а для того, чтобы лишний раз оказаться в непосредственной близости к шефу.
У них были «особые отношения», о чем офис был оповещен через час после того, как эти «особые отношения» случились, и Илария в личных интересах всячески поддерживала и укрепляла шефа в осознании необходимости именно таких отношений.
На слове «таких» следовало многозначительно закатывать глаза.
Все офисные дамы послушно закатывали, только одна Варвара не закатывала.
Шеф ей не нравился. Он был склочный, мелочный, высокомерный, себялюбивый, не слишком профессиональный, очень амбициозный молодой человек «из новых». Как все ему подобные, он не имел никакого понятия о деле, которым занимался, зато хорошо разбирался в марках машин, с неимоверной дотошностью одевался, душился, стригся, посещал только «правильные места» в компании «правильных» женщин, шпынял сотрудников — исключительно потому, что тоже считал это «правильным».
