Подвигъ — читать онлайн бесплатно полностью

Мартынъ спалъ на твердой синей кушеткѣ, кровать же Софьи Дмитріевны была узкая, шаткая, съ ухабистымъ матрацомъ. Изъ насѣкомыхъ жила въ комнатѣ только одна блоха, зато очень ловкая, прожорливая и совершенно неуловимая. Алла, которой посчастливилось устроиться въ отличномъ номерѣ съ двумя кроватями, предложила взять Софью Дмитріевну къ себѣ, а мужа перекинуть къ Мартыну. Софья Дмитріевна, сказавъ нѣсколько разъ сряду: да что вы, да что вы, — охотно согласилась, и въ тотъ же день состоялось перемѣщеніе. Черносвитовъ, большой, долговязый, мрачный, заполнилъ собой всю комнатку; его кровь повидимому сразу отравила блоху, ибо она больше не появлялась; его вещи, — принадлежности для бритья, зеркальце съ трещиной поперекъ, одеколонъ, кисточка, которую онъ всегда забывалъ сполоснуть, и которая стояла весь день, проклеенная сѣрой, остывшей пѣной, на подоконникѣ, на столѣ, на стулѣ, — удручали Мартына, и особенно было тяжко по вечерамъ, когда, ложась спать, онъ принужденъ былъ очищать свою, Мартынову, кушетку отъ какихъ-то галстуковъ и натѣльныхъ сѣтокъ. Раздѣваясь, Черносвитовъ вяло почесывался, во все нёбо зѣвалъ; затѣмъ, поставивъ громадную, босую ногу на край стула и запустивъ пятерню въ волосы, замиралъ въ этой неудобной позѣ, — послѣ чего медленно приходилъ опять въ движеніе, заводилъ часы, ложился, долго, съ кряхтѣніемъ, уминалъ тѣломъ матрацъ. Черезъ нѣкоторое время, уже въ темнотѣ, раздавался его голосъ, всегда одна и та же фраза: «Главное, молодой человѣкъ, прошу васъ не портить воздухъ». Бреясь по утрамъ, онъ неизмѣнно говорилъ: «Мазь для лица Прыщеморъ. Въ вашемъ возрастѣ необходимо». Одѣваясь, выбирая изъ носковъ предпочтительно тѣ, въ коихъ дырка приходилась не на пятку, а на большой палецъ, — залогъ невидимости, — онъ восклицалъ: «Эхъ, были когда-то и мы рысаками», и посвистывалъ сквозь зубы. Все это было очень однообразно и несмѣшно. Мартынъ вѣжливо улыбался.

Нѣкоторымъ утѣшеніемъ, однако, служило сознаніе риска. Въ любую ночь могло случиться, что въ предательскомъ снѣ онъ отчетливо назоветъ полногласное имя, въ любую ночь доведенный до крайности мужъ могъ подкрасться съ наточенной бритвой. Черносвитовъ, впрочемъ, употреблялъ безопасную бритву: съ этимъ снарядикомъ онъ обращался такъ же неряшливо, какъ съ кисточкой, и въ пепельницѣ всегда лежалъ ржавый клинокъ съ окаменѣвшей каемкой пѣны, черноватой отъ волосковъ. Его мрачность, его плоскія поговорки мнились Мартыну доказательствомъ глубокой, но сдержанной ревности. На весь день уѣзжая по дѣламъ въ Афины, онъ не могъ не подозрѣвать, что его жена проводитъ время наединѣ съ тѣмъ добродушнымъ, спокойнымъ, но видавшимъ виды молодымъ человѣкомъ, какимъ воображалъ себя Мартынъ.

Было очень тепло, очень пыльно.