Подвигъ — читать онлайн бесплатно полностью

Далѣе оказалось, что Мартынъ не привезъ халата, и, когда онъ по утрамъ шелъ въ ванную, гордо закутанный въ простыню, Соня говорила, что это ей напоминаетъ ея двоюродныхъ братьевъ и товарищей ихъ, лицеистовъ, которые, гостя на дачѣ, спали нагишомъ, ходили по утрамъ въ простыняхъ и гадили въ саду. Кончилось тѣмъ, что Мартынъ накупилъ въ Лондонѣ столько вещей, что десяти фунтовъ не хватило, и пришлось писать дядѣ, а это было особенно непріятно въ виду туманныхъ объясненій, которыхъ потребовало исчезновеніе другихъ десяти фунтовъ.

Да, тяжелая, неудачная недѣля. Вѣдь и англійское произношеніе, которымъ Мартынъ тихо гордился, тоже послужило поводомъ для изысканно насмѣшливыхъ поправокъ. Такъ, совершенно неожиданно, Мартынъ попалъ въ неучи, въ недоросли, въ маменькины сынки. Онъ считалъ, что это несправедливо, что онъ въ тысячу разъ больше перечувствовалъ и испыталъ, чѣмъ барышня въ шестнадцать лѣтъ. И съ нѣкоторымъ злорадствомъ онъ расколошматилъ на теннисѣ какихъ-то ея молодыхъ людей, а вечеромъ наканунѣ отъѣзда превосходно танцовалъ подъ гавайскій плачъ граммофона тустэпъ, которому научился еще въ Средиземномъ морѣ.

Въ Кембриджѣ онъ и подавно почувствовалъ себя иностранцемъ. Встрѣчаясь съ англичанами-студентами, онъ, дивясь, отмѣчалъ свое несомнѣнное русское нутро. Отъ полуанглійскаго дѣтства у него остались только такія вещи, которыя у коренныхъ англичанъ, его сверстниковъ, читавшихъ въ дѣтствѣ тѣ же книги, затуманились, уложились въ должную перспективу, — а жизнь Мартына въ одномъ мѣстѣ круто повернула, пошла по другому пути, и тѣмъ самымъ обстановка и навыки дѣтства получили для него привкусъ нѣкоторой сказочности, и какая-нибудь книга, любимая въ тѣ дни, оставалась по сейчасъ въ его памяти прелестнѣе и ярче, чѣмъ та же книга въ памяти сверстниковъ-англичанъ.

Онъ помнилъ и говорилъ словечки, которыя десять лѣтъ назадъ были въ ходу среди англійскихъ школьниковъ, а нынѣ считались либо вульгарными, либо до смѣшного старомодными. Синимъ пламенемъ пылающій пламъ-пуддингъ подавался въ Петербургѣ не только на Рождествѣ, какъ въ Англіи, а въ любой день, и, по мнѣнію многихъ, у повара Эдельвейсовъ онъ выходилъ лучше, чѣмъ покупные. Въ футболъ петербуржцы играли на твердой землѣ, а не на дернѣ, и штрафной ударъ обозначался неизвѣстнымъ въ Англіи словомъ «пендель». Цвѣта полосатой курточки, купленной когда-то у Дрюса, Мартынъ бы теперь не смѣлъ носить, такъ какъ они отвѣчали спортивной формѣ опредѣленнаго училища, воспитанникомъ котораго онъ никогда не состоялъ.