Клим внимательно осматривал девушку в оружейной комнате, где обычно принимали его дежурства после работы. В этот раз она была совсем другим типом: спокойная и непринужденная рядом с корчивающимся прапорщиком, как будто знала что-то особенное о Климе. Подводная война ждет за этими калитками — атмосфера напряжения висела в воздухе как пароксизм глубинной секретности и молчаливого профессионализма....
Протянув заведующей удостоверение, на обложке которого значилось: «Военная прокуратура», Клим продолжал выкладывать из карманов вещи.
Стреляющая ручка с шестью зарядами боевого отравляющего вещества была реквизирована у якудзи в Гонконге.
С виду – самая обычная многоцветная ручка, но являлась она стреляющим на пять метров газовым пистолетом. Самое замечательное в этой игрушке было то, что стреляла она микроскопическими капсулами, которые взрывались на расстоянии пяти метров от стрелка.
Красный цвет показывал, что в ампулах – специальный полицейский газ.
После применения этой ручки в Гонконге Клим настолько уверовал в полицейский газ, что через знакомых ребят в техническом отделе ГРУ достал себе два комплекта зарядов к ручке и теперь чувствовал себя намного спокойнее и увереннее в любой обстановке. Одно дело – всадить пулю в собрата по профессии и совершенно другое – заставить его обгадиться.
Правда, стоили эти заряды так, как будто они были изготовлены из бриллиантов, но в последнее время Клим считал себя «богатеньким Буратино» и тратил деньги на собственную безопасность, не считая.
Вот и сейчас, снимая рубашку, Клим не стал снимать кевларовую майку, сделанную по специальному заказу. Такая маечка, с длинным рукавом, выдерживала пистолетную пулю. Синяк, конечно, оставался надолго, но главное свое предназначение маечка выполняла безотказно.
Ознакомившись с удостоверением, великанша посмотрела на Клима с уважением и страхом.
«Еще бы! Старший следователь по особо важным делам при главном военном прокуроре Министерства обороны России! Звучит очень весомо!» – самодовольно подумал Клим, снимая с темно-синей рубашки пластиковую оболочку.
Существовала ли такая должность в военной прокуратуре, Клим точно не знал, но действовал документ прикрытия на гражданских и военных чиновников безотказно.
– Обычно удостоверения посторонним в руки не даются, а только показываются издалека. Но, учитывая, что приходится использовать ваш кабинет в качестве раздевалки, я решил нарушить это правило, – усмехнувшись, сказал Клим.
– Серьезный вы оказывается товарищ! – протянула великанша.
Клим принялся надевать освобожденную от упаковки рубашку.
– Сильный вы мужчина! – протянула великанша, глядя, как Клим надевает рубашку.
Обновка пришлась впору.
